И всё-таки с Тристаном что-то было не так. В смысле, с ним всё было не так, но если не учитывать внешних характеристик, с ним всё равно что-то было не так. Он утверждал, что слышит очень много звуков, доносящихся с улицы, и даже слышит, как капает вода из крана в ванной комнате. Прислушиваясь я ничего подобного не слышала – только биение своего участившегося сердца, о чём я ему и сказала, на что он ответил, что он тоже его слышит. Это меня напрягло, отчего я сразу же попыталась успокоить свой пульс, но и это обновлённый слух Тристана уловил. Подобные заявления насторожили меня так же сильно, как слова Тристана о том, что цвета кажутся ему слишком яркими, а тактильный контакт с любыми поверхностями и веществами кажется ему усиленным в миллион раз, как будто теперь он в буквальном смысле может считать доскональную информацию с любого объекта, но пока ещё не понимает, как это сделать.

Мы попытались обсудить произошедшее с ним, проанализировать, как именно сработала та вакцина, которую я вколола ему, но всё, что было доступно нашим разумам, укладывалось в одну незамысловатую фразу: “Очевидно, эта штука просто сработала”.

Отойдя от шока лишь спустя час после пробуждения Тристана, за это время плотно позавтракав и узнав, что, оказывается, шторы рано утром открыл Спиро, ходящий в туалет, что ещё раз доказало уязвимость моего ночного караула, мы вновь уперлись в необходимость продолжать свой путь. Невозможно описать, как я была рада – это была даже не радость, это было безумие! – тому, что мне не придётся тащить на себе тело Тристана обратно в прицеп пикапа. Это тело, увеличившееся минимум вдвое, могло передвигаться самостоятельно. Оно было живым! Вернее, он был живым…

Взяв лишь один рюкзак, остальные вещи и детей почему-то смело оставив на Тристана, я первой вышла из номера и сразу же едва не споткнулась о бутылку “The Famous Grouse”, опусташённую лишь на четверть. Тяжело выдохнув, я нагнулась, взяла её в руки и, недолго думая, засунула в рюкзак. От подарков, приподнесённых от души, нельзя отказываться. Подумав так, я сразу же начала думать о том, жив ли всё ещё этот старик или уже повесился, ведь рассвет уже давно наступил – стрелка часов остановилась на восьми часах. Непроизвольно метнув взгляд в сторону окна соседнего номера, я вдруг отчётливо увидела шевеление занавесок. Значит, пока ещё жив.

Вышедшие из мотеля Спиро с Клэр весело погрузились на задние сиденья пикапа, Тристан закрывал дверь в номер.

– Ты чего застыла? – поинтересовался он. Кажется, я никогда не привыкну к этому брутальному голосу.

– Да так, ничего, – отведя взгляд от окна соседнего номера, отозвалась я и сразу же направилась к машине.

– Эй, – неожиданно меня остановили так резко, как будто я вовсе не имела своего веса – Тристан схватил меня за рюкзак. – Ты не выспалась. Так что тебе за руль лучше не садиться.

– А ты выспался? – прищурилась я, непривычно глядя на этого собеседника снизу вверх.

Он снял с меня рюкзак, как мог бы снять его умудрённый опытом отец с малолетней дочки.

– За руль сяду я, – командующим тоном, который обещал мне неприятности в виде борьбы за власть, произнёс Тристан.

Конкретно в этот момент я хотела бы ему противостоять, но я слишком отчётливо чувствовала физическую усталость, которую не мог сгладить даже моральный подъём, вызванный чудесным возвращением Тристана к жизни. Так что в этот раз я не стала спорить. Потому что безопасность детей для меня продолжала оставаться превыше всего.

Пока Тристан обходил машину, чтобы занять водительское место, я ещё раз обернулась и посмотрела в сторону окна соседнего номера. Тяжело выдохнув, я развернулась и подошла к его двери.

Вытащив из-за ремня пистолет с последним патроном, я нагнулась и положила его на протёртый коврик с несуразной в данной ситуации надписью: “Добро пожаловать”. Я не стала стучать в дверь, зная, что старик наблюдает за нами. Я просто оставила пистолет на коврике, развернулась и, вернувшись к машине, заняла своё пассажирское место сбоку от водителя. Дети не заметили моих действий, но Тристан сразу же одарил меня вопросительным взглядом. В ответ я лишь повела бровями и плечами, что могло бы означать: “Оставь”, – и пристегнулась ремнём безопасности.

Когда мы уже почти выехали с парковки, я невольно посмотрела в зеркало заднего вида. Может быть мне это только показалось, но пистолета на коврике я не увидела.

Глава 56

Утро было солнечным и день обещал быть жарким. Из-за серьёзного недосыпа и согревающих лучей солнца я достаточно быстро задремала, но всё равно не позволяла себе отключаться на сто процентов. Так я видела некоторые подробности нашего маршрута: уже спустя десять минут с момента нашего старта мы встретились с едущими в противоположную сторону двумя машинами, ещё чуть позже мимо нас промелькнуло ещё три автомобиля, и ещё мы проехали одну опустевшую деревню, и один раз проехали по боку небольшого провинциального городка, в котором что-то горело. Блуждающих я, сквозь пелену полудрёмы, пока ещё не видела.