Читаем Сталь полностью

Одетые в черные одежды помощники инквизиторов метались по округе в сопровождении вооруженных до зубов вояк. Нарезанные на команды полки участвовали в облавах, арестах и конвоировании, сгружая в переполненные тюрьмы перепуганных аристократов, купцов и бывших вояк, разом утративших лоск. Богатые поместья переворачивали вверх дном в поисках компромата. За любой косой взгляд щедро одаривали оплеухой в лицо. Пару мелких баронов забили насмерть, когда те сдуру попытались с оружием в руках отбиваться. Но поднятая волна зачисток быстро пошла на спад, как только король получил общую картину несостоявшегося мятежа. И разобравшись с краткой выжимкой из многочисленных докладов, приказал собрать на плацу большую часть арестованных.

Разглядывая с наспех сколоченной трибуны мокрую толпу под ногами, Барб постукивал стеком по руке и думал, с каким бы удовольствием он поставил сейчас по бокам несколько «громыхателей» и отдал приказ открыть огонь по жалким отбросам, когда-то гордо именовавшим себя опорой трона. Но – пока он вынужден наступить на горло собственным желаниям. Потому что подобного рода показательная порка запросто разрушит королевство… А так жаль…

– За воротами стоит очередь из просителей, которые обивают пороги замка. Они просто слезами залили все вокруг, моля о снисхождении… А в приемной у меня места нет от документов, которые собрали в ваших спальнях. Документов, которые трактовать можно лишь одним способом: из-ме-на… Вы слышите меня? Измена! Попытка ударить вашему повелителю в спину!.. И это в тот момент, когда я предложил вашим детям лучшие места в новых полках. Когда вам дали возможность поддержать своего короля в будущем походе. Когда в дополнение к уже полученным землям и титулам я вам дал шанс занять новые города в Арисе и в графствах… Я кормил вас, поил, а вы лишь плюете в руку дающую…

В бешенстве Барб сломал тонкую палочку, с удивлением посмотрел на обломки и раздраженно бросил их вниз. Потом перевел дыхание и объявил свое решение:

– И вспоминаете о чести и достоинстве вы лишь в присутствии палача в допросной… Но так и быть. Все вы, каждый из вас успел не по одному разу покаяться. Назвали других зачинщиков. Объявили о том, что это было лишь кратковременное помешательство. И что на самом деле вы ничего такого не имели в виду… Поэтому я решил не строить виселицы вдоль дорог. А наоборот, я решил заставить вас делом доказать свою преданность. И загладить вину… Каждому из вас будут вручены списки. Кто-то отправит детей в новые полки. Они будут служить писарями, вестовыми, денщиками у настоящих офицеров. Возможно, им не доведется участвовать в настоящих боях, но будущий поход хоть немного прочистит молодые мозги. Чтобы знали, каким трудом нам достаются новые земли… Каждый из вас должен будет выплатить казне компенсацию, суммы указаны. И я настоятельно рекомендую вам помочь столичным полкам и вашим детям заодно в обеспечении теплой одеждой, продовольствием и запасами на долгую кампанию. Начинается зима, казна не в состоянии пока предоставить все необходимое. Вот заодно и подставите плечо войскам. Будете помнить, как именно надо делить общие невзгоды и радости…

Протянув руку налево, в сторону виселиц, король закончил свое выступление:

– А у кого память совсем ослабла, тому вот напоминание, как именно поступают с бунтовщиками. Трое самых активных ублюдков лишены своих привилегий, их поместья конфискованы, а семьи сосланы на рудники. Будете проходить мимо, посмотрите внимательно. Очень полезно представить себя на их месте. Может, после этого поймете, что я не люблю глупые шутки и не собираюсь грабить королевство ради ваших алчных требований… Проваливайте!

Развернувшись, Барб сбежал с помоста и двинулся прочь, окруженный охраной. Ему было плевать на множественные злые взгляды, буравившие спину. Он уже забыл о неудачниках, посмевших подать голос против короны. Вот только они ему ничего не забыли…

* * *

Разрушенная крепость в Атьензе снова принимала гостей. Правда, в этот раз собирались не на пиратском пепелище, а выбрали уцелевший дом поприличнее. И охрана многочисленных вольных баронов выгнала жителей соседних лачуг от греха подальше на самую окраину, перекрыв все подходы к месту встречи. Слишком серьезные вопросы должны были решать. И очень не хотелось, чтобы уважаемые гости посчитали себя в чем-либо обиженными. С них станется засыпать тогда всю округу по второму разу горючими горшками. Вон, четыре галеона, битком набитые мордоворотами, так и кружат рядом, не опускаясь вслед за кораблем командира похода.