Читаем СССР Версия 2.0 полностью

Для командиров высокотехнологичных отраслей сырьевики и спекулянты отнюдь не братья по классу капиталистов. (Потому что сырьевики, воры и спекулянты капиталистами не являются.) Конечно, нельзя рассчитывать на то, что настоящие промышленники вот так возьмут и восстанут против «добывателей трофеев». Не то воспитание, да и не любит бизнес революционности. Им волей-неволей приходится обращаться за кредитами и заказами к чиновникам, банкирам и «нефтяникам». Но настоящие капиталисты-индустриалы пойдут за властителем, который создаст тайное государство в России, за тем, кто начнет охоту на «трофейщиков» и паразитов, превращая последних в источники финансирования для индустриально-технологического рывка.

Я, читатель, не удержусь от соблазна принести наглядный пример. В 2002 году дела свели меня с очень авторитетным деятелем русской ядерной промышленности. Он рассказывал мне, как удается спасти элитную часть нашей индустрии и лучшие кадры атомщиков благодаря тому, что Иран заказывает в России ядерные энергоблоки для АЭС в Бушере (и на перспективу— в Ахвазе). Ведь сама Эр Эф этого сделать не в состоянии. Но едва ядерная промышленность нашла спасительные контракты, как на нее налетели паразиты, отнимая деньги у промышленников и ученых.

Есть такой делец, который поднялся на ваучерной вакханалии, который схватил огромный машиностроительный комплекс на Урале и которого я назову Вахой Канюкидзе. Мой собеседник атомщик поведал, как этот Канюкидзе моментально бросился скупать машиностроительные предприятия, которые выполняют заказы в рамках большого иранского контракта, поставляя насосы и турбины для реакторов. Покупая сильно обедневшие в 90-е годы заводы, этот ваучерный олигарх моментально вздувал цены на поставки. И еще нагло смеялся в лицо остальным: «Я, мол, крутой, я ногой двери в администрацию Путина открываю! Попробуйте со мной тягаться: в порошок сотру!».

Когда мой собеседник, настоящий индустриал, рассказывал мне об этом, у него от ненависти лицо белело. Он говорил мне о том, что бездарное правительство в Москве ничем ему не помогает, что оно, получая бешеные сверхдоходы от нефти в 2000-м и 2001 годах, не профинансировало ни доллара в рамках программ поддержки российского высокотехнологичного экспорта. «Но что я могу сделать в одиночку?» — говорил мне атомщик.

Однако именно такие люди с готовностью пойдут за силой, которая начнет выжимать деньги из «добывателей трофеев», из россиянских лжекапиталистов. Их много, таких людей истинного дела, настоящего производства. Известный телевизионщик Андрей Караулов со своим «Моментом истины» сделал себе имя на показе подобных промышленников. И этим людям не хватает лишь фюрера.

* * *

Добавим к этому еще одно обстоятельство, которое облегчит проведение политики «нового 37-го года». Это — недовольство капиталистов высокотехнологичных отраслей засильем дельцов старой, грязной и отсталой экономики: топливных магнатов, «королей» газовой задвижки и тепловых электростанций. Сточки зрения тех, кто создает ракеты или электронную аппаратуру, эта «мафия» постоянно грабит их, вздувая цены и тарифы. Если же параллельное государство, о котором мы пишем, предложит наукоемкому капитализму технику, которая намного ослабит его зависимость от энергетиков, истопников и продавцов топлива, то капиталисты из высших секторов экономики тем более пойдут за проектом «новый 37-й». А ведь мы знаем, что именно топливная и энергетическая сфера стала добычей отечественных дельцов-паразитов, и именно они препятствуют любому прогрессу, который ведет к сокращению потребляемой энергии.

Финансирование и плоды революционных технологий — вот что может дать тайное государство капиталистам наукоемких отраслей. Капитаны и владельцы сложных производств— вот первая опора «нового 37-го года».

* * *

Но и есть и второй отряд тех, на кого может рассчитывать тайное государство, — это представители бизнеса по производству товаров и услуг для России.

Я зачислю в этот отряд и мелких, и средних предпринимателей, и даже олигархов регионального пошиба. (Да простят меня строгие ученые-социологи!) Короче говоря, всех, кто производит товары для продажи внутри нашей страны, для российского рынка. Все товары — и колбасу, и мебель, и автомобили, и дома, и лекарства, и строительные материалы, и одежду с обувью. (То же самое можно сказать и о производителях услуг для внутреннего рынка.)

Эти люди, читатель, прямо заинтересованы в том, чтобы граждане России были зажиточными, чтобы они могли тратить больше денег на их товары. Ведь нищий человек покупает не русскую копченую колбасу и не охлажденные куриные тушки с ближней птицефабрики (дорого!) — нищий бежит за скверными, но дешевыми «ножками Буша» из США. Производительный бизнес в РФ задыхается, потому что основная масса граждан бедна и у нее нет денег ни на «Жигули», ни на садовые культиваторы, ни на коттеджи или элементарные городские квартиры.

С другой стороны, этот русский бизнес душит и само государство своими тяжелейшими налогами.