Читаем СССР и Второй фронт полностью

ОКХ в своей оценке перспектив наступления в Литве в случае большой европейской войны исходило из гипотезы, что основные силы вермахта будут скованы Францией на Западе, в таком случае даже десяток польских дивизий и незначительные ВВС Польши представляли серьезную угрозу Восточной Пруссии. Это указывает на то, что летом 1938 г. вермахт не имел достаточно сил для войны на два фронта. Тому, что границу с Францией удастся долго прикрывать минимальные силами, в ОКХ не верили, в отличие от Гитлера, который возлагал надежды на укрепления. Кроме того, в ходе учений выяснилось, что I армия не обладает достаточными возможностями, чтобы овладеть Каунасом, не рискуя своими флангами, даже в течении недели[46]. Таким образом, выводы по результатам учений 1938 г. в Восточной Пруссии ставили жирный крест на всем плане большой войны. Получался сценарий повторения 1914 г., но только в еще худшем варианте, когда против Германии действовала еще польская армия, и Восточная Пруссия была отделена от остальной Германии «коридором». И, главное, в Восточной Пруссии не было ни одной моторизированной, в полном понимании в то время этого слова, дивизии[47].

Во время учений на Везере, на которых присутствовал Гитлер, выявили недостатки в организации вермахта, слабая согласованность и вялое применение люфтваффе для поддержки сухопутных сил; медленное подтягивание мобильных сил на опасные участки фронта[48].

Тем не менее Гитлер решился на агрессию против Чехословакии и реализацию плана «Грюн» в сентябре 1938 г. Тщательная разведка состояния обороны Чехословакии показала, что ее вооруженные силы не готовы к войне, на каждую развернутую вдоль границы с Германией чешскую дивизию приходился фронт ответственности в 120 км, укрепления пришли в упадок[49]. Возможности Франции начать наступление и добиться в ходе него успехов были оценены ОКВ как нулевые уже в августе 1938 г. Как заявил Гитлер, для обороны против Франции он мог бросить 40 дивизий; 2000 ПТО и противотанковых мин было, как он считал, вполне достаточно для отражения танковых атак французов. Для того, чтобы полностью обезопасить рейх на Западе Гитлер еще до совещания 28 августа 1938 г. требовал от ОКХ сформировать 20 резервных дивизий, на что получил отказ, поскольку для этих дивизий не хватало командных кадров и материальных средств[50], однако то и другое, несмотря на экономические трудности в Германии, почему-то появилось к концу августа 1938 г., поэтому в первые три недели конфликта ОКХ готово было предоставить на Запад 8 резервных дивизий и остальные 12 после. Однако у генерала Адама и других военачальников были существенные возражения, так как на каждую дивизию на Западе приходился фронт шириной 20 км и более, в случае вступления в войну Бельгии и Голландии вермахту, по мнению Адама, пришлось бы сдать Пфальц, на что Гитлер возразил, что он уничтожит голландскую армию превентивным ударом, правда, о том, откуда он намерен брать для этого войска, Гитлер не сказал. О перспективах вмешательства СССР в конфликт речи на совещаниях конца августа – первой половины сентября 1938 г. практически не велось.

Очевидно, Гитлер вернулся в августе 1938 г. к континентальной стратегии по плану «Грюн». 20 резервных дивизий, на быстрейшем формировании которых он настаивал, составляли, по признанию фон Браухича, практически единственный стратегический резерв вермахта, или резервную армию. Упадок вооруженных сил Чехословакии, как и Франции, вселял в Гитлера надежды на быстрый успех в реализации плана «Грюн». То же самое касается и Британии, чья сухопутная армия довооружалась и перевооружалась слишком медленно, во Францию англичане могли перебросить только 5 пехотных дивизий и одну танковую бригаду. Для прорыва укреплений, по признанию Гитлера, у сухопутных сил вермахта не было специальной артиллерии, орудия 21 см не годились для борьбы даже против чешских укреплений.

Советский Союз не выступал до Мюнхенских соглашений как сила, против которой, в понимании высшего руководства рейха, надо было проводить специальную линию военной политики, основным театром боевых действий в случае столкновения с СССР рассматривалась Литва. Польша рассматривалась до Мюнхена, как и Советский Союз, как сила внешнего вмешательства в конфликт из-за Чехословакии. В 1938 г. Германия однозначно не могла успешно вести наступательную войну на два фронта, но она могла обороняться по сценарию 1914 г.; но ради оккупации Чехословакии Гитлер готов был пойти даже на такой сценарий, что спровоцировало начало заговора генералов, который в июле 1938 г. возглавил Людвиг фон Бек.