Читаем Срок для президента полностью

И земля русская — бескрайняя, плодородная, красивая — лежит изуродованная в пренебрежении. Словно варвары грязные на ней живут, а не цивилизованный народ.

Отродясь в Русском Поволжье ничего толком не росло. Голодный край был, засухами выжигался. И лишь пятнадцать лет — когда была там Республика немцев Поволжья! — росло все! пшеница стеной! фрукты соком брызгали! дома под железом и шифером! Потом перед Великой Войной выселили немцев оттедова в Сибирь и в Заполярье — и больше в тех краях ни достатка, ни благоустроенности никогда уже не было… Ну? А трудодни и райкомы были те же, колхозы те же, планы по селу и сдаче те же. Люди только разные были.

Характернейшая черта русской ментальности:

И так сойдет. Все равно ничо хорошего не будет. Тебе что, больше всех надо? Я человек маленький. Меня это не касается. Вот пусть власть сама и разбирается. Прикажут — тогда сделаю.

Это все — ментальность народа-аутсайдера.

14. Градостроительство. Эта черта в полной мере и с удивительной наглядной силой демонстрирует себя в облике русских городов.

Русские города удивительно некрасивы. Они никакие. Они вообще не города с точки зрения архитектуры и эстетической организации пространства. Это просто скопище построек для жизни и работы. Постройки поставлены как придется, исходя из количества средств и логики трудового процесса.

Мы ведь этого обычно не замечаем, не видим. Мы здесь родились и живем, растем и любим — «это наша родина, сынок…» Надо повидать города мира — да не блестящие столицы, а разные города и городки, чтобы испортилось настроение от своей судьбы. Вредно, вредно пускать русских за границу!..

Наилучший, наиудобный пример — «красавица»-Москва. Про окраинные спальные районы мы не говорим — они в России везде равно безлики и внешне бездарно-бедно-инкубаторски. Обиталище для толп рабсилы. Но — центр! Бессмысленное нагромождение любых и всех течений, стилей, этажностей, назначений, совершеннейший разнобой пространств между зданиями, кварталами, проулками, беспорядочное чередование облицовок, витрин, асфальтов и плиток. Втыкался со своей постройкой кто во что горазд, плюя на соседей, с которыми все равно ничего не сделать.

Идея Москвы как города — это толпа, куча, толкотня, беспорядочность, равнодушие к тому, кто и что рядом, превыше всего желание урвать и предъявить свои интересы, власть денег над властью любой, бардак как принцип жизни.

Взгляните на историческую брусчатку Красной Площади — какими волнами идет первая, главная, парадная дистанция Империи! А что — выровнять как стол невозможно? Страх и ужас парадных коробок — волны Красной Площади. Уж если это — сплошная пологая колдобина, по телику не видно — и ладно, и сойдет! — то чего еще ждать?.. Да уважает ли себя народ с такой колдобиной?

Ну и получите зассанные подъезды и битые бутылки. А люмпены.

И пока первые лица страны не будут — да, как встарь, только взаправду! — выходить с реальными метлами на субботники, а пачкающее город хамье караться примерно… э, пустое…

Город, как ничто другое, являет системообразующий инстинкт народа. Город — это не куча домов. Это — система, образованная из построек и пространства между ними в их сочетаниях и соотношениях. Создание города как системы — умение и искусство отдельное.

Город — это когда вертикали и горизонтали построек и пространства между ними являются в совокупности тем целым, чем не является простая сумма, простое местосочетание домов и кварталов.

Город — есть цельность, организм, картина и скульптура сам по себе, самоценность.

Единственный город Империи — Петербург. Строили итальянцы — лучшие того времени зодчие в мире. Знали они, и поняли цари — город един есть, система города — систему державы отражает, дух ее системный.

Италия, Германия, Испания, Франция, Англия, Австрия — полны городов. Россия — нет.

И не надо спеси. Самолюбие — должно быть: конструктивным. Отрицание своих неблагоприятных черт есть вернейший путь к их развитию и дальше — нам же во вред и на погибель.

Организованное пространство — означает: мы здесь вместе, единое сообщество, одной судьбы, друг другу защитники и помощники, вместе — лучше и сильней, чем по отдельности не здесь. И недаром именно и только ленинградцы славились в Союзе доброжелательностью, порядочностью, честностью, гордостью без спеси и вообще был трафарет воплощенных достоинств.

15. Война как системообразование. Как там говорил мудрый Гераклит, отец диалектики и мизантроп царского рода, презирающий людское ничтожество? «Война — отец всего и мать всего, одних она делает великими, других ничтожными, одних свободными, других — рабами». Война отбирает жестоко: кому быть стадом — а кому великим народом.