Читаем Среди волков полностью

Монстр под моей кроватью, волк, преследовавший меня в моих ночных кошмарах, тот, кто в одну ночь изменил всю мою жизнь, он выглядел совсем как человек, хотя он не должен был так выглядеть.

— Ты сделал мне больно, — сказала я. Я не так планировала начать наш разговор, но ничего лучше придумать сейчас не могла.

— Этого совсем не было в моих намерениях — делать тебе больно, — сказал мужчина. — Я хотел дать тебе кое-что. Подарок. — Он помолчал. — Я бы стал заботиться о тебе.

Зубы рвут горло папочки. Кто-то смеется.

Выходи, выходи давай! Ну, где ты там? Большой Злой Волк все равно в конце концов побеждает.

— Лжец!

Я была у него в голове. Я видела Мэдисон его глазами, чувствовала, как он получает удовлетворение от вида покрытых кровью маленьких несчастных детей. И я поняла, просто взглянув на него, что это был человек, который убивал задолго до того, как нашел ключ к производству новых волков. Очень может быть, что нападение на мою семью не было его первым нападением. Возможно, до этого были другие нападения, и в них кто-то выжил, и он заметил, что это не простое совпадение. Может быть, он и не планировал никогда оставлять кого-то в живых, но если кто-то выжил, что ж, теперь у него есть хороший кусок пирога, и он может съесть его. Убивать людей, а потом их использовать, как свою личную охрану. Он мог удовлетворять свою жажду крови и быть царем своей собственной горы.

Я не хотела сидеть с этим человеком за одним столом. Я не хотела, чтобы он смотрел на меня.

— Почему ты попросила меня прийти сюда? — спросил Бешеный.

У меня была заготовлена одна история, которая должна была отвлечь его и не дать почувствовать, что мои друзья приближаются. Что они почти уже заняли свои позиции.

Еще две минуты, Брин. Две минуты, и мы на месте. Выведи его из ресторана и сваливай.

— Я искала тебя, потому что хочу, чтобы ты сдох, — усмехнулась я, уставившись в чашку с кофе. Хотела, чтобы он почувствовал вкус правды. — За то, что ты сделал со мной. И с Чейзом.

— Ах да, Чейз! Правда смешное имя, тебе не кажется?

Бешеный пытался шутить. Он пытался казаться человеком. Ему было все равно, что я ненавидела его. Кажется, ему это даже нравилось.

— Почему Чейз? — спросила я его. — Почему я? Почему мы все?

Я знала ответ, но хотела услышать это от него.

Вместо этого Бешеный улыбнулся:

— Я тебе дома скажу.

Дома.

Значение слов дошло до моего сознания. Этот человек пришел в город, чтобы увести меня с собой.

— Я могу закричать, — сказала я. — Ты ведь не захочешь испортить свою репутацию в этом городе, не так ли? Если увидят, что ты насильно уводишь меня, полиция за тобой в лес точно придет.

— А если ты закричишь, малышка Брин, ты привлечешь внимание публики, и твоим маленьким друзьям будет значительно труднее целиться в меня.

Сейчас, Брин!

Ребята были готовы. Они заняли позиции. И Бешеный знал это.

— Ну что, пойдем на улицу? — спросил он.

В тот момент у меня был выбор. Если я решу остаться здесь, я буду в безопасности, но каким-то образом я знала, что монстр найдет способ перехитрить нас. Найдет запасной выход, прикроется кем-нибудь… в общем, сделает что-нибудь, чтобы свалить в ритме вальса и лишить нас единственной возможности расправиться с ним.

И я пошла с ним. Он обнял меня за плечо и, как заботливый папаша, повел меня из ресторана, оставив официантку умкать-угумкать нам вслед.

На улице его рука еще крепче сжала мое плечо, но я выскользнула из захвата и бросилась на землю, откатываясь от него.

Прозвучал выстрел, но каким-то образом Вилсон, нет, Пренсер — я его не боялась — сделал ложный выпад в сторону, и пуля просто чиркнула ему по плечу. Он схватил меня за руку и помчался изо всех сил.

Я вывернула запястья — лезвия выскочили и вонзились ему в бок. Он выпустил мою руку. Я размахнулась и направила лезвия ему в подбородок.

Брин, не загораживай его. Мы не можем прицелиться. Ты ранила его, сваливай.

Вилсон схватил меня за запястье, вывернул его. И, по какому-то нелепому совпадению, он сделал это так, как обычно делала я, чтобы убрать свои когти. Я ударила его другой рукой и почти смогла поднести лезвия к его груди, но он, поняв, что нужно делать, выбил лезвие из моей руки.

Бешеный крепко держал меня за запястья. Я отскочила назад, пытаясь дать ребятам возможность прицелиться и выстрелить. На монстра градом посыпались серебряные пули: какие-то попали, какие-то — нет. А он притянул меня к себе, используя вместо щита — от пуль и взглядов людей, начавших высовываться из соседских окон.

— Дерись! — прошипел Бешеный прямо мне в ухо. Голос у него был писклявый. — Дерись, дерись, дерись, и красным станет все…