Читаем Спросите у психолога полностью

Недавно ученые Калифорнийского университета обследовали большую группу китайцев, проживающих в США. Многие из обследованных вполне ассимилировались в американском обществе и отошли от восточных традиций. Иные, наоборот, продолжают придерживаться традиций, в частности, верят в восточную астрологию. Каждый год китайские астрологи увязывают с одним из элементов природы – водой, огнем, металлом… А каждый элемент связан с определенным органом и недугом. Так, огонь ассоциируется с сердцем, поэтому астрологи считают, что человек, родившийся в год Огня, будет подвержен сердечно-сосудистому заболеванию и скорее всего от него и умрет именно в год Огня.

Анализ ученых показал, что знание суеверными людьми своего гороскопа в буквальном смысле сокращает им жизнь, ибо от убежденного самовнушения недолог путь до реального заболевания. У тех, кто верит в астрологию, разного рода болезни действительно обострялись (порой с летальным исходом) в соответствии с гороскопом. Те, кто в это не верит, не подвержены этой зависимости и вообще живут в среднем на пять лет дольше.

Астрология – наука спорная. А вот данные наследственности четко записаны в наших генах и сомнению не подлежат. Поэтому специалисты советуют изучить свою родословную, с тем чтобы предвидеть вероятность будущих недугов. Но не рискуем ли мы тем самым подменить мистическую веру в гороскопы материалистической верой в генетику, причем с тем же печальным результатом? Может быть, судьбу, и правда, лучше не знать?

Важно понимать, что наследственность и судьба – вещи хоть и взаимосвязанные, но довольно косвенно.

Оставим в стороне врожденные пороки развития, обусловленные наследственностью. В этих случаях речь идет не о вероятности болезни, а, увы, о свершившемся факте. Иное дело, когда родословная указывает на риск более позднего возникновения патологии. Можно ли воспрепятствовать грозящей беде?

Ученые давно ведут спор о том, в какой мере наследственность определяет нашу судьбу. Одни считают, что все индивидуальные особенности человека заложены в генах, и влияние внешней среды ничего не может изменить по существу. Их противники, наоборот, решающее влияние приписывают среде. Но эти крайние точки зрения, как и любые крайности, наверное, далеки от истины. Самым удачным кажется мнение одного из генетиков, который сказал: «Все на 100% определяется наследственностью, и все на 100% определяется средой». Парадокс этого суждения – только кажущийся. Дело в том, что генетическая предрасположенность – это величина потенциальная, которая в той или иной мере реализуется в зависимости от факторов среды, проще говоря – от образа жизни. В соответствующих условиях унаследованная склонность развивается и актуализируется, в иных условиях – остается в зародыше, никак себя не проявляя. И это касается почти всех индивидуальных свойств – будь то умственная одаренность, физическая сила или склонность к алкоголизму.

Например, по сей день точно не установлены причины, по которым человек заболевает шизофренией. Предполагается, что наследственность тут играет не последнюю роль. Дети родителей-шизофреников гораздо чаще страдают этой болезнью, чем дети здоровых отца и матери. Однако известно немало случаев усыновления таких детей здоровыми родителями, и в этих случаях вероятность заболевания резко снижалась. То есть сама атмосфера жизни семьи служит мощным катализатором наследственной предрасположенности либо тормозит ее.

При этом внешние факторы могут сыграть и всецело определяющую роль в возникновении заболевания. Так, потомок жизнерадостных предков может оказаться в столь критической ситуации, что естественным ее результатом явится депрессия. Либо, не имея в роду ни одного пьяницы, но попав в нездоровую среду, человек может вне всякой наследственной зависимости скатиться к алкоголизму. Если до этого он произвел на свет ребенка, то в генетическом наборе последнего никак не отразится пугающая тенденция. А вот взросление в семейной атмосфере, окрашенной в алкогольные или депрессивные тона, скорее всего скажется не лучшим образом.

Одна и та же болезнь может поразить и человека, отягощенного наследственной предрасположенностью, и человека без такой предрасположенности. Только первому для развертывания «программы» болезни достаточно незначительного внешнего толчка, тогда как второй заболеет лишь в очень неблагоприятных условиях. И для одного, и для другого образ жизни явится решающим условием, разница – лишь в мере отрицательных влияний.