Читаем Сплин. Весь этот бред полностью

И все умолкли голоса

И закрываются глаза

Все спят, и даже Солнце ночью тоже спит

Над нами кружит ангел наш

Нам всем мерещится мираж

Одни пески кругом и тень от пирамид

Нам, мудрецам

Долго ли нам еще

Долго ли нам, скажи на милость

Долго ли нам еще? —

Долго ли нам еще

Долго ли нам еще —

Нам, мудрецам, такого и не снилось

Много ли нам еще

Много ли нам, скажи на милость

Много ли нам еще? —

Много ли нам еще

Много ли нам еще —

Нам, мудрецам, такого и не снилось

И все подсвечены дома

И все украшены деревья

И будут гости пить до дна

За всех за нас, за Новый год, за Рождество, за воскресенье

За то, что жизнь всего одна

Будет ли нам еще

Будет ли нам, скажи на милость

Будет ли нам еще? —

Будет ли нам еще

Будет нам всем еще —

Нам, мудрецам, такого и не снилось

И все подсвечены дома

И все украшены деревья

И будут гости пить до дна

За всех за нас, за Новый год, за Рождество, за воскресенье

За то, что жизнь всего одна

Реквием

Мама больше не позвонит. Я не жду звонка.

Я сижу на корточках, как зека.

Я курю косяк. У меня тоска.

Мама больше не позвонит. Увы, это факт.

У меня над домом приспущен флаг.

Из всех слов остаются лишь блин и фак.

Мама больше не позвонит. Впервые за столько лет

В моей трубке не раздастся ее привет,

Она больше не спросит, съел ли я свой обед.

Она больше не скажет, что у нее все ок,

Только каблук надо бы посадить на клей,

И что, когда наконец мы приедем к ней,

Она больше не спросит, как там моя семья,

Часто ли видят меня мои сыновья.

Она больше не скажет спокойной ночи, отходя ко сну.

Она больше не будет украдкой плакать по моему отцу.

Мама больше не позвонит. Темнеет в окне.

Никогда мы больше не поедем к ней.

Больше не будет дней рождения, новых годов, дней победы, парадов, салютов, криков ура.

Мама больше не позвонит. Она умерла.

Окраины

Тебе, читающему эти строки

Прогуливающему уроки

Окончившему школу на тройки

Работающему на стройке

Отрабатывающему удары в боевой стойке

Насмотревшись Рокки

Ради девушки с курсов шитья и кройки

У которой койка в общежитии и в комнате еще три койки —

Новостройки

Мы не знаем, что жизнь приготовит нам завтра

Возможно, прекрасный дворец превратится в развалины

Мы идем от окраины к центру, чтобы вдохнуть красоты

И уйти на другие окраины

Тебе, внимающему этим звукам

Пока ты жрешь свой бифштекс и картошку с луком

Запиваешь пивком и дымишь окурком

Тупишь в телевизор, где место одним придуркам

Смеющимся их идиотским шуткам

От которых на сердце тоска и скука

И во рту сухо, и в голове разруха

Еще немного – и совсем тухло

Если лежать на диване вверх брюхом

Доверяя сплетням и слухам

Так и останешься – дуб дубом, бамбук бамбуком

Сейчас я тебе расскажу по пунктам —

Тебя покинет амур со стрелой и луком

Твоя невеста сбежит в день свадьбы, сука

С тем, кого ты считал своим лучшим другом

Ты слышал об этом лишь краем уха

И вот оно здесь – и дело глухо

Так что слова не можешь выговорить, даже по буквам

И без стука входят те, кто раньше входил только со стуком

Так что не ругай коня, волочась за плугом

Не ори на него – типа, давай, пошел, ну-ка

Налегай на плуг и дави всем брюхом

Не имея дома, не проникнешься его духом

Не имея жены, не услышишь, что она шепчет в ухо

Не имея детей, ничего не расскажешь внукам

Так что это пока не кровь, а клюква

Мы не знаем, что жизнь приготовит нам завтра

Возможно, прекрасный дворец превратится в развалины

Мы идем от окраины к центру, чтобы вдохнуть красоты

И уйти на другие окраины

Тебе, смотрящему на все глазами

Человека, которого только что заказали

Тебя забили и ощипали

Посолили, замариновали

На куски нарезали, на стол подали

Проглотили, но так и не разжевали

В общем, померкли в глазах все дали

Твое место пустует в нашем зрительном зале

И от Казани и до Рязани

Больше не сыщешь той Юрюзани

В которой плов со вчера в казане

А здесь все как всегда. Как в казарме

Зимой телега, а летом сани

Попутки нет. Доберемся сами

Если будешь жив – выбирайся с нами

Встретимся дома, под образами

Извини, что пишу на обычной бумаге —

За неимением гербовой. Торг не уместен. Не на базаре.

Мы не знаем, что жизнь приготовит нам завтра

Возможно, прекрасный дворец превратится в развалины

Мы идем от окраины к центру, чтобы вдохнуть красоты

И уйти на другие окраины

Земля уходит из-под ног

Любая песня

Звучит как эпилог

Прощайте, стены

И пол, и потолок

Когда ты здесь – земля уходит из-под ног

Когда сквозь тело

Идет смертельный ток

Когда вся кожа

Один сплошной ожог

Когда ты здесь – земля уходит из-под ног

Когда ты здесь со мной – земля уходит из-под ног

Когда ты здесь со мной – земля уходит из-под ног

Прощайте, стены

И пол, и потолок

Любая песня

Звучит как эпилог

Когда ты здесь – земля уходит из-под ног

Когда ты здесь со мной – земля уходит из-под ног

Когда ты здесь со мной – земля уходит из-под ног

Тревога!

Тревога! Подъем! – Что случилось? – Пока ничего, но мне что-то приснилось, а что – я не помню

Я помню, что это был сон, я куда – то бежал, я не помню, куда и зачем этот бег

Как будто бы кто – то вломился в мой сон и шептал, наклоняясь во тьме к моему изголовью

Как будто бы чьи-то шаги раздавались оттуда, где явно не может пройти человек

Наш поезд давно никуда не идет, это прямо под ним громыхая несется дорога