Читаем Сплин. Весь этот бред полностью

Не все ли равно на глупую рифму

когда на всех парусах по 10-бальной шкале идешь к красивому рифу.

Волны поют.

Ты слишком не была увлечена востоком,

Так ходи теперь всю жизнь с включенным антишоком.

Ходи теперь всю жизнь с включенным антишоком.

Ходи теперь всю жизнь с включенным антишоком.

Ты слишком не была увлечена востоком,

Так ходи теперь всю жизнь с включенным антишоком.

Ходи теперь всю жизнь с включенным антишоком.

Все хорошо, Шато Марго, все хорошо.

Шато Марго, все хорошо.

Все хорошо, Шато Марго, все хорошо.

Шато Марго, все хорошо.

Мы сидели и курили

Шли над городом притихшим,

Шли по улицам и крышам,

По карнизам, переулкам,

Подшипникам и втулкам,

Где-то появилось солнце,

Значит где-то появилась тень.

Мы сидели и курили,

Начинался новый день.

Шли красавицы на «тройку»,

Шли рабочие на стройку,

Шли трамваи по проспекту,

И Бен Ладен шел в аптеку,

Шли парламентеры, шли монтеры,

Шли легко и без затей.

Мы сидели и курили,

Сидели и курили,

Мы сидели и курили,

Начинался новый день,

Начинался новый день,

Начинался новый день.

Годы шли и шли недели,

Шли, пока не надоели,

Недели, дни и годы,

Вступления и коды,

Солдаты в рукопашный,

Часы на Спасской башне,

Открытки и конверты,

Деньги шли и документы,

Все ушли, остались двое

В мире самых чокнутых людей,

Мы сидели и курили,

Сидели и курили,

Мы сидели и курили,

Сидели и курили,

Мы сидели и курили,

Начинался новый день,

Начинался новый день,

Начинался новый день.

Сиануквиль

Стала спокойнее вода

И незаметно солнце село

С неба упавшая в песок звезда

Зажглась, запела

На незнакомом языке

Но на прекрасные мотивы

Так и останемся лежать в песке

Юны, красивы

Так и останемся смотреть

На эти сказочные звезды

Друг друга греть, друг друга греть

Просто поздно

Человек и Дерево

Человек, проглотивший дерево,

превращается в дерево, проглотившее человека.

Лабиринт

Ты уводишь меня в мир подземных ходов,

коридоров, зеркал, тупиков, поворотов,

мостов, лабиринтов, висячих садов,

улиц древнего города, где на ворота

повешен замок. И стоит часовой.

И в тени за холмом отдыхает когорта.

Минутная стрелка против идет часовой.

Минутная стрелка против идет часовой.

Ты уводишь меня в мир, в котором Борей

задувает сквозь окна, закрытые плотно

на всех переходах твоих галерей,

где в ночной тишине оживают полотна,

и музыка в такт, и движенья легки;

и целую ночь в ожидании флота

на всем побережье печально горят маяки.

На всем побережье печально горят маяки.

Ты уводишь меня в мир, где я – это я,

и не действует больше закон притяжения,

горит под ногами планета Земля,

продолжая свое круговое движенье,

приводящее нас в ужас или восторг —

это тянется время полураспада урана.

Горит сигарета. Алеет восток.

Шампанское льется на кухне из крана на головы нам.

Бериллий

Лежали на солнце, попали под ливень —

И сразу стемнело на Финском заливе.

Все стало так ново и так непривычно,

Когда неожиданно вспыхнула спичка —

И падает мир, ослепленный этим событием.

Я не живу, я слежу за собственной жизни развитием.

Представь себе – в трех переулках отсюда,

Над лавкой, в которой ножи и посуда,

В квартире, в которой легко заблудиться,

Какой-то старик спит и видит таблицу,

И в этой таблице я между бором и литием.

Я не живу, я слежу за собственной жизни развитием.

Мы сходим с ума в одиночку и группами,

Новости кормят нас свежими трупами,

Какими мы были смешными и глупыми,

Мне хочется, хочется – это так просто —

Взять и сбежать на затерянный остров

И при свете Луны, под кокосовой пальмой

Сидеть и читать дневники Лоры Палмер.

И в тех дневниках нет ни слова о том, что нам выпадет.

Жена ждет пилота из аэропорта на выходе.

Неспешно в стихи заплетаются строчки,

По карте блуждают горячие точки,

Все двери открыты, распахнуты окна,

Зима обещает быть очень жестокой.

В табачном дыму за спиртных напитков распитием

Я не живу, я слежу за собственной жизни развитием.

Люди на ладони

Холодно в вагоне.

Холодно в вагоне.

Холодно в вагоне.

Поезд не обгонит

поезд. Не обгонит

поезд. Не обгонит.

Люди на ладони.

Люди на ладони.

Люди на ладони.

Поезд не обгонит

поезд. Не обгонит

поезд. Не обгонит.

Урок географии

Хватит скорее колбаситься, нафиг —

Мы начинаем урок географии!

На Амстердама причудливый запах

мы из России двинем на запад.

Прежде обдумаем все хорошенько —

в Белоруссии бесится злой Лукашенко,

в Польше – инфляция, в Латвии – Рига

скоро забудет, как мы выглядим. Лига

Чемпионов. Сто тысяч под бетонными сводами.

Галатасарай завтра выиграет в Лондоне!

Все, что я знаю об Ирландии, мама, —

это Jameson, Guiness и Connemara.

Прага, спасибо за пиво! Минус

в том, что мы забыли, как выглядит Вильнюс.

(Надеюсь, я не слишком напился

прошлым летом в Даугавпилсе).

Избавьте меня от бессмысленной мании,

Мне страшно на каждой штрассе в Германии.

Пива после немецкого литра

В бар заползают Гете и Гитлер.

Вешайте лапшу мне на уши, вешайте —

Но лучшее порно – в Будапеште!

Хватит слоняться у природы на лоне —

Даешь Barry Gotic в Барселоне!

И если мы с вами славно поладили

Дайте мне адрес Бьорк в Исландии!

Дайте мне адрес Бьорк в Исландии!

На фиг мне ваш адрес Бьорк в Исландии!

Сними с меня отпечатки пальцев…

Сними с меня отпечатки пальцев…

Сними с меня отпечатки пальцев…

Сними с меня отпечатки пальцев…