Она подошла к двери и посмотрела в глазок:
– Точно, их бандитские рожи. Светочка, открой им, пожалуйста, а то они сами откроют.
Девушка отворила дверь и посторонилась, пропуская их в квартиру. За старшим боком протиснулся второй, и тут крик вырвался из зажатого рукой рта Светы. Откинув голову назад, с закрытыми глазами, бледный, как смерть, Саша висел на руках вошедшего.
– Саша! Сашенька! – на его руке зияла глубокая, кровоточачая рана с обугленными краями, – что с ним?
– Без сознания, похоже, от болевого шока. А рука – как автогеном кусок вырезали. Ничего страшного, жить будет. Только один совет – по возможности не обращаться в больницу. Мне сказали, что вы сами в состоянии ему помочь.
Пока молчаливый здоровяк прошел в спальню и бережно уложил Захаренко на кровать, где совсем недавно без сознания лежала Света, старший достал пачку долларов в банковской упаковке и протянул Вере Петровне:
– Это вам за беспокойство, – он другой рукой взял руку женщины, вложил в нее пачку и сжал ее пальцы вокруг зеленых бумажек с такой силой, что Вера Петровна испугалась возразить. Она так и стояла с открытым ртом и протянутой рукой, когда мужчина властным тоном скомандовал:
– Нам пора, поехали! А вам спасибо большое, – он повернулся к женщине и улыбнулся. Как ни странно, улыбка его преобразила в симпатичного, обаятельного мужчину.
Они вышли, захлопнув за собой дверь. В квартире повисла тяжелая тишина, предвещающая очередную бурю квартирных масштабов. Которая разразилась уже через мгновение пока негромкими всхлипываниями, становившимися все громче и громче.
«Опять слезы», – Вера Петровна вздохнула и пошла в спальню, где Света стояла на коленях перед кроватью, обняв раненного и в перерывах между всхлипываниями что -то шептала ему на ухо.
Услышав шаги, она повернулась.
– Извините. Сейчас я успокоюсь и, Вера Петровна, помогите мне еще раз. Сейчас я буду регенерировать его руку.
Целительница устало опустилась на стул и улыбнулась девушке. Такой несчастной, непонятной, удивительной и такой сильной. Владеющей нечеловеческими знаниями и мощью, в чем женщина была уверена.
– Конечно, милая. Что от меня требуется?
– Светочка, я больше не хочу, – он умоляюще посмотрел в зеленые глаза. Саша с перевязанной правой рукой полусидел – полулежал на кровати на горе подушек, неуклюже держа ложку в левой руке. Девушка сидела на его вытянутых ногах, держа поднос с тарелкой куриного бульона.
– Выбирай, или все съедаешь, или эта тарелка переворачивается тебе на голову, – ее взгляд был неумолим.
– Нужно есть, чтобы жить, а не жить, чтобы есть!
– Хватит хныкать. Как маленький.
Мужщина не успел возразить, обиженная гримаса застыла у него на лице. Оба замерли одновременно. Когда сухой скрипучий голос раздался по громкой связи телефона.
– Добрый день. Как здоровье больного?
– Не дождешься, – Захаренко положил ложку на поднос, – Вакса, ты нас оставишь в покое хотя бы на день?
– Извиняюсь, но боюсь, вам, Александр Семенович, придется быстрее выздоравливать. Я получила сообщение: «База – дубль» и боевой рейдер хортхов пересекли орбиту Урана пять минут назад и сейчас держат курс на Землю.
Поднос выпал из женских рук, бульон желтым пятном разлился по пододеяльнику.
– Какое сообщение, откуда? – Света в ужасе повернулась к телефону. Скрипучий голос продолжал:
– Я сама чего-то не понимаю, так как это были расшифрованные мной колебания планеты. Сообщение заканчивалось словами: «Рассчитывайте на мою помощь». Подпись: «Земля».
КНИГА 2
ТРЕВОЖНЫЕ НОВОСТИ
– Джонни, тебе сколько годиков? – Клара от злости чуть не вышибла дверь ногой. Та грохнула об стену, но Джо даже не пошевелился. И это было в высшей степени странно, потому что он боялся и очень уважал свою жену.
Уперев мощными руками бока, Клара нахмурила брови и встала в позицию, не предвещающую ничего хорошего:
– Я поразбиваю все твои игрушки и взорву к чертовой матери лабораторию со всеми причиндалами. На ужин ты не явился, ладно. Твои проблемы. Ходи голодный. С внучкой ни минуты не сидел, пока ее, наконец, не забрали. Не удивлюсь, что ты не заметил, как твоя дочь привезла и увезла внучку. Хорошо, жена все сделает. Но я уже полчаса лежу в постели и пялюсь в этот дурацкий телевизор, а тебя все нет!
Джо наконец-то оторвался от окуляра телескопа и уставился на свою жену так, как будто видел ее в первый раз в жизни. В его глазах явственно читался испуг, но не перед ней. Это Клара определила сразу, и в душе как-то стало неспокойно. Слишком хорошо знала она своего Джонни, его вечную меланхоличность и невозмутимость. Чтобы его лицо приняло такое выражение с расширившимися от страха глазами и отвисшей челюстью, должно произойти что-то из ряда вон выходящее. Руки сами опустились из боевого положения вниз.
– Джонни, что случилось? – голос из требовательно – приказного незаметно перешел в испуганный, просящий.
– Кларочка, я два раза пересчитывал его траекторию… Его нет ни в одном реестре, откуда он взялся? – Джо посмотрел на жену так, будто искал на ее лице разгадку. – Посмотри сама, взгляни, – он показал рукой в небо.