Читаем Спиноза полностью

Спиноза не только блестяще знал естествознание и математику, но и внимательно следил за новейшими научными открытиями. Однако, не считая себя специалистом в этих областях, он был увлечен другой научной задачей. Она была связана с достижением высшей обобщающей мысли о природе и человеке. Ей он посвятил свою "моральную философию". И хотя она была ограничена научными достижениями эпохи, Спиноза защитил в ней право на пытливое исследование природы в целом, на пристальное внимание к единству ее свершений и процессов. В его учении масштабом выводов и положений стала сама вселенная, ее закономерности и правила, ее объективная сущность и реальное самосуществование. "Нужно признать величайшей заслугой тогдашней философии, - подчеркивает Энгельс, - что, несмотря на ограниченность современных ей естественнонаучных знаний, она не сбилась с толку, что она, начиная от Спинозы и кончая великими французскими материалистами, настойчиво пыталась объяснить мир из него самого, предоставив детальное оправдание этого естествознанию будущего" 1.

1 К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 20, стр. 350

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

В расцвете творческих сил

В ВОРБУРГЕ

20 апреля 1663 года в письме к Мейеру Спиноза сообщает: "Время моего переезда быстро приближается". В июле того же года он уже жил в небольшом селении Ворбург, расположенном в нескольких километрах от Гааги. Позади три года огромного напряжения сил - и ничего не завершено: "Трактат об усовершенствовании разума" оборван на полуслове, "Этика" приобретает только некоторые очертания, "Основы философии Декарта" еще не изданы. Однако имя Спинозы уже приобрело громкую славу не только на родине, в Нидерландах, но и во всей Европе. Прогрессивные люди в начале 60-х годов XVII столетия с именем Спинозы связывали мятежный дух, весну разума, пытливое исследование путей человеческого совершенствования. Ненавистники вольнодумия, свободы и света видели в лице Спинозы "исчадие ада".

В Ворбурге Спиноза снял комнату на Церковной улице у художника-коллегианта Даниила Тидемана. Свободомыслящий живописец принимал активное участие в распрях, возникших по поводу замещения должности священника. Тидеман и его единомышленники отклонили кандидатуру реакционного пастора, которая исходила из консистории города Дельфа.

Ортодоксы ополчились против Спинозы. За подписью пятидесяти трех местных граждан они писали Дельфтскому магистрату: "Богопротивное прошение это составил жилец Тидемана, некий Спиноза, еврей по рождению, атеист и хулитель религии по образу мыслей и вредный для общества субъект".

Но злобные нападки мракобесов только увеличивали интерес как передовых, так и простых людей из народа к Спинозе. В Ворбурге его посетили ученый Христиан Гюйгенс, оптик и математик Иоанн Гудде, крупный политический деятель Голландии Ян де Витт и другие.

Спинозу навещали разные люди, интересовались его планами, настоятельно рекомендовали ему обнародовать свои взгляды на жизнь природы и общества. Посещали его даже военные, мы имеем в виду фельдмаршала Шарля де Времана и полковника Габриэля Сен-Глена. В конце 50-х годов XVII века они покинули Францию и поселились в Гааге. Со Спинозой их связывала общность политических взглядов.

Шарль де Времан оставил нам трогательную характеристику Спинозы. "Его ученость, - писал он, - искренность и скромность являются причиной того, что все люди духа, которые жили в Гааге, считали себя обязанными бывать у него, чтобы выразить свой восторг и восхищение".

Габриэль Сен-Глен стал преданнейшим другом Спинозы. Несколько лет подряд он издавал журнал под названием "Газета Амстердама", отражая на его страницах политические взгляды Спинозы и передовых умов республиканской Голландии. Имея в виду "Газету Амстердама", французский посланник в Нидерландах доносил своему королю: "Здесь не существует даже наказаний для тех, кто печатает оскорбительные для правительства вещи". В другом донесении было сказано: "В Нидерландах свобода слова и печати не преследуется, здесь могут обойтись без чего угодно, но только не без газеты, которая служит предметом разговора даже для извозчиков и матросов".

Сен-Глен много раз навещал Спинозу. Он глубоко изучал произведения философа и первый перевел их на французский язык.

Друзья-амстердамцы окружили философа теплотой и сердечностью. У них сложилась традиция паломничества в скромный одноэтажный домик в Вор-бурге для встречи с любимым учителем и наставником. "По возвращении в село, в котором я теперь живу, - писал Спиноза, - я почти не принадлежу самому себе вследствие посещений, которыми меня удостаивают мои друзья".

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
1812. Всё было не так!
1812. Всё было не так!

«Нигде так не врут, как на войне…» – история Наполеонова нашествия еще раз подтвердила эту старую истину: ни одна другая трагедия не была настолько мифологизирована, приукрашена, переписана набело, как Отечественная война 1812 года. Можно ли вообще величать ее Отечественной? Было ли нападение Бонапарта «вероломным», как пыталась доказать наша пропаганда? Собирался ли он «завоевать» и «поработить» Россию – и почему его столь часто встречали как освободителя? Есть ли основания считать Бородинское сражение не то что победой, но хотя бы «ничьей» и почему в обороне на укрепленных позициях мы потеряли гораздо больше людей, чем атакующие французы, хотя, по всем законам войны, должно быть наоборот? Кто на самом деле сжег Москву и стоит ли верить рассказам о французских «грабежах», «бесчинствах» и «зверствах»? Против кого была обращена «дубина народной войны» и кому принадлежат лавры лучших партизан Европы? Правда ли, что русская армия «сломала хребет» Наполеону, и по чьей вине он вырвался из смертельного капкана на Березине, затянув войну еще на полтора долгих и кровавых года? Отвечая на самые «неудобные», запретные и скандальные вопросы, эта сенсационная книга убедительно доказывает: ВСЁ БЫЛО НЕ ТАК!

Георгий Суданов

Военное дело / История / Политика / Образование и наука