Читаем Спиноза полностью

В немалой степени этому способствовал Натан из Газы, рассылавший во все общины пророческие откровения, в которых сообщал, что родившийся в Смирне Мессия скоро сорвет корону с головы турецкого султана и после многих чудес поведет евреев в Иерусалим.

В 1665 году эта истерия захлестнула Голландию. В Амстердаме появилось немало сторонников Саббатая Цеви. Его именем в еврейских семьях стали поголовно называть всех новорожденных мальчиков; молитвенники дополнялись специальными текстами, прославляющими явившегося Мессию; богатые еврейские купцы за бесценок продавали или просто дарили свои дома христианам и начинали готовиться к скорому переселению в Иерусалим.

Находились, разумеется, и те, кто сомневался. Так, некий купец по имени Алатино говорил евреям в синагоге, что они сошли с ума; что на самом деле нет никаких знаков, которые, согласно пророкам, должны предшествовать явлению Мессии — ни мировой войны и стихийных бедствий, ни прихода пророка Илии (Элияху), ни явления в качестве предтечи Мессии из дома царя Давида, Мессии из дома Иосифа и т. д.

Однако в ответ Алатино получал насмешки и оскорбления, а когда он внезапно скончался, все увидели в его смерти наказание Свыше за отказ признать Цеви Мессией.

Экзальтация амстердамских евреев в конце концов передалась и многим христианам. Среди них (в особенности среди коллегиантов) нашлись те, кто стал утверждать, что на самом деле евреи и христиане ждут одного и того же Мессию и что Саббатай Цеви и есть новое воплощение Иисуса Христа.

В числе христиан, которые поддались этим настроениям, был и старый друг Спинозы Питер Серрариус, который в свое время ввел его в круг коллегиантов. Серрариус увлеченно переводил и распространял среди христиан послания Натана из Газы, молитвы евреев в честь «мессии Саббатая Цеви» и т. д.

Все это, естественно, не могло укрыться от внимания Спинозы, который в те дни, как уже говорилось, часто бывал в Амстердаме и пристально следил за всем, что там происходило. Однако он не спешил высказаться о том, что думает по поводу происходящего, пока в декабре 1665 года не получил очередного письма от Ольденбурга.

«Перехожу к политике, — писал Ольденбург. — Здесь распространились слухи, будто иудеи, более двух тысяч лет рассеянные по Земле, собираются вернуться в свое отечество. У нас не многие верят этому, но многие желают. Вы, конечно, сообщите Вашему другу все, что Вы слышали об этом деле, и все, что Вы думаете о нем. Что касается меня, то я не могу придавать этому веры, пока не получу известий от достойных доверия людей, живущих в Константинополе, где этим делом особенно интересуются. Желательно было бы знать, что слышно об этом у амстердамских евреев и как они приняли это известие, которое — если только оно окажется верным — должно, по-видимому, повлечь за собой мировую катастрофу»[165].

Спиноза наверняка ответил на это письмо, но, увы, до нас этот ответ не дошел. Однако с учетом его сочинений на эту тему мы можем с большой степенью точности предположить, что он почти наверняка высказал мнение, что Саббатай Цеви является жалким обманщиком, который скоро будет разоблачен. Мессианские чаяния евреев он связывал с их представлением о своей Богоизбранности. А так как сама идея Богоизбранности была для него неприемлема в силу того, что у Бога в его понимании не может быть некого избранного и особо любимого Им народа, то и сама возможность возрождения Еврейского государства на Еврейской земле в соответствии с чаяниями пророков им не то чтобы отвергалась, но считалась маловероятной.

Если бы нечто подобное произошло, то вся выстроенная им философская система подверглась бы сокрушительному удару. Однако этого не произошло, дальнейший ход событий показал беспочвенность надежд евреев того времени.

В феврале 1666 года Саббатай Цеви был арестован в Стамбуле по приказу султана, а в августе 1666 года он принял ислам, после чего большинство евреев поняли, что «мессия», в которого они верили, оказался лжецом и, возможно, не вполне психически здоровым человеком.

Но для Спинозы это, разумеется, было вполне ожидаемым и закономерным. История лжемессии и наивной веры в его пришествие должна была еще больше вдохновить его на написание «Богословско-политического трактата».

* * *

Еще одна загадка биографии Спинозы заключена в вопросе о том, какие отношения связывали его с великим пенсионарием Голландии Яном де Виттом.

Де Витт, вне сомнения, был одним из самых выдающихся, а может, и самым выдающимся политическим деятелем Голландии за всю историю этой страны. Сын дордрехтского бургомистра, он получил блестящее образование по юриспруденции и математике в Лейденском университете и еще в молодости активно занялся политикой. В 28 лет Ян де Витт впервые был избран на пост великого пенсионария, а затем трижды — в 1658-м, 1663-ми 1668-м — на него переизбирался. На этом посту он вел непростую политическую борьбу за упразднение должности штатгальтера и удаление от Оранского дома — с тем, чтобы превратить Голландию в подлинную республику, без всяких элементов монархии.