Читаем Спички полностью

БабкаВот, товарищ майор.И улика – рог правый, обугленный.Майор.Подожди ж ты с уликами, дай же открыть кабинет.(Возится с ключом)Мартемьянову:Да, разжалован я! Был фигурой, вот, сделали пугалом,Но зато ваш сынок получил на свободу билет.Что вы смотрите? Вон! Я сказал, вон отсюда, проклятые,И смотрите, чтоб не попадались, не то вот я вас…Бабке:Проходите, гражданка…. Так что там Манефа, коза твоя?Каб осталась жива, я бы ей надавал по рогам.Скрывается с бабкой в кабинете, в руке обугленный козий рог.МартемьяновЧто ж, Ванюша, пойдём, видишь, как наша жизнь переменчива,Хорошо, что сгорела коза, а иначе бы швах.Кто же знал, дорогой, что так глупо умрет твоя женщина?Что ты чувствуешь, Ваня?СынНе выразить сердце в словах.

Стремительно убегает.

МартемьяновОн живой! Сын живой!

Удаляется, пританцовывая.

Выходит из кабинета бабка, крестясь, семенит прочь.

Дверь открыта. Кабинет пуст.


Двое прохожих:

1-йДа, представьте, вот так-то недавно сынок МартемьяноваБыл спасён от решетки козою Манефой внепланово.2-йЧего не бывает!

Проходят мимо.

Коробок V

К платформам ледяным тоски составы подавало лето

Русский плут

(фрагмент)

Бессовестный, бессовестный,Смешной и жуткий шут,Скажите, кто он, собственно,Новейший русский плут…

Вавилонская Давалка

(стихи о современности и о современной поэзии)

Соловей мой, соловей,

Голосистый соловей…

* * *

Кто скушен мне? В ком постоянства нет,В ком дышит жизнь ни шатко, и ни валко,Тот (дворник ли, политик он, поэт) —По сути – вавилонская давалка.Ни обречённый, тусклый свет звездыМеня, боюсь, в давалке, не волнует.Ни принцип, ни хвостом туды-сюды,Ни против ветра, ни куда подует…Каков – как человек?.. – о, не бездарен,Всем (по метле, политике, стихам)Даст фору, здесь – свой парень, тут, глянь – барин,Умён? – почти… в ошибках не упрям,Занудливый? – …всё ж будит интерес,Жаль, леноват? – всё ж, вместе с тем – проворен,Все: Чацкий, и Молчалин в нём – Печорин,И Гамлет, есть А. С., и есть – Дантес…Зевс, Посейдон есть, Аполлон плюс Пан,Чуть пьян, и трезв, чуть жив, чуть не упал,Слегка официальный, и… опальныйЧуть не добрёл до мысли шедевральной,Чуть любит чуть друзей чуть-чуть своих,Чуть не блюю, признаюсь, от таких:Чуть холоден, чуть-чуть горяч, вестимо,Чуть поглядел, и мимо, Данте, мимо…Отец: «Кем хочешь», – дочке как-то разСказал, – «ты стань, всё ж, знаешь – не давалкой».Ни пошлое тщеславье, ни отказ,От мелкого тщеславья жалкий,Ни принцип, ни хвостом туды-сюды,Ни против ветра, ни куда подует,Ни обречённый, тусклый свет звездыМеня, боюсь, в давалке, не волнует.

* * *

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мудрость
Мудрость

Широко известная в России и за рубежом система навыков ДЭИР (Дальнейшего ЭнергоИнформационного Развития) – это целостная практическая система достижения гармонии и здоровья, основанная на апробированных временем методиках сознательного управления психоэнергетикой человека, трансперсональными причинами движения и тонкими механизмами его внутреннего мира. Один из таких механизмов – это система эмоциональных значений, благодаря которым набирает силу мысль, за которой следует созидательное действие.Эта книга содержит техники работы с эмоциональным градиентом, приемы тактики и стратегии переноса и размещения эмоциональных значимостей, что дает нам шанс сделать следующий шаг на пути дальнейшего энергоинформационного развития – стать творцом коллективной реальности.

Дмитрий Сергеевич Верищагин , Александр Иванович Алтунин , Гамзат Цадаса

Карьера, кадры / Публицистика / Сказки народов мира / Поэзия / Самосовершенствование
Владимир
Владимир

Роман известного писателя-историка С. Скляренко о нашей истории, о прошлом нашего народа. Это эпическое произведение основанное на документальном материале, воссоздающее в ярких деталях историческую обстановку и политическую атмосферу Киевской Руси — колыбели трех славянских народов — русского, украинского и белорусского.В центре повествования — образ легендарного князя Владимира, чтимого Православной Церковью за крещение Руси святым и равноапостольным. В романе последовательно и широко отображается решительная политика князя Владимира, отстаивавшего твердую государственную власть и единство Руси.

Александр Александрович Ханников , В. В. Роженко , Илья Валерьевич Мельников , Семён Дмитриевич Скляренко , Семен Дмитриевич Скляренко

Скульптура и архитектура / Поэзия / Проза / Историческая проза