От сладковатого дыма, висящего в воздухе, закружилась голова, легкая тошнота поднялась из желудка, в ушах быстро-быстро застучали молоточки. Так, ко мне подбирается мигрень, надо срочно принять таблетки.

– Хорошо, – пробормотала я, отступая в коридор, – может, вы и опытный специалист, но очень прошу вас более не дурачить домашних. Хотите, заплачу за хлопоты?

– Вы пытаетесь оскорбить меня, – усмехнулся Филя, – только это невозможно. Успел полюбить Машеньку, Аркашу и Олю, славные дети, им нужны моя помощь и умение. Кстати, ваша мигрень пройдет сразу, если выпьете это.

И он сунул мне в руку крохотный пузырек.

– Пять капель на язык, и все, – пояснил шаман.

Я выскочила в коридор с тяжелой головой, переполненная злостью. Ну, Алиска, ну погоди!

Глава 17

Ночь прошла ужасно. Левый висок ломило, кровать, покачиваясь, уплывала из-под меня, к утру началась рвота. В таком состоянии, как правило, наедаюсь всеми известными анальгетиками, а потом, приняв под конец радедорм, стараюсь заснуть. Изнуряющая мигрень длится сутки, двадцать четыре часа боли, тошноты и тоски.

Но сегодня снотворное не подействовало. В голову словно вонзилась раскаленная кочерга, мне явственно мерещился запах гниющего мяса. Что толку, что это просто так кажется, нос воспринимает аромат абсолютно реально. В таком состоянии съешь от отчаяния все, что угодно, – живую лягушку, таракана и запьешь водой из лужи, если есть хоть малейшая надежда, что после этого наступит облегчение.

Решительно схватив пузырек, я потрясла его над открытым ртом и прислушалась к себе. Ничего, голова ноет по-прежнему.

Громко тикая, будильник отсчитывал минуты. Восемь утра. Надо же быть такой легковерной в отношении так называемой магии. Все вранье, а паспорт у Фили поддельный, чтобы охмурять клиентов. Глаза сами собой закрылись, и на меня надвинулся спасительный сон.

Проснувшись, я сладко потянулась, осторожно повертела головой. Она не болела совершенно. Тело само собой село в кровати. Ну надо же, как здорово! Интересно, сколько я спала?

Стрелки показывали восемь часов десять минут. Тупо уставившись на циферблат, я соображала: вечера, что ли? Но ясная мартовская светлынь недвусмысленно свидетельствовала – сейчас раннее утро. За окном голубое небо, в саду, высоко задрав длинный тонкий хвост, с веселым лаем носился Банди.

Невероятно! Провела в объятиях Морфея всего десять минут, а состояние такое, будто проспала часов двенадцать. И мигрень куда-то подевалась…

Пузырек стоял на тумбочке… Да нет, ерунда, просто подействовали наконец все съеденные за ночь таблетки.

Позавтракав, я поднялась к себе и начала размышлять. Как найти сектантов? После нескольких часов раздумий в голове возник план. Я уже знаю, в таких организациях полагается отказываться от имущества в пользу секты. Люди продают квартиры, машины, дачи…

Значит, «святой отец» заинтересован в появлении новых членов. Чем больше сектантов, тем жирнее его прибыль. Поэтому обращенным предписывается искать все новые жертвы. Скорей всего Мила тоже занималась пропагандой идеологии «путников». Дело за малым, найти кого-нибудь из тех, кого она привлекла, и через него или нее выйти на «Путь к Иисусу».

Я задумчиво рисовала в блокноте домики. А где найти таких людей? Там, где работала Шабанова. Наверняка Людмила завербовала хотя бы парочку сослуживцев.

…Завод тепловых приборов раскинулся на огромном пустыре. Вход охраняла бдительная бабулька.

– Куда прешь? – поприветствовала она меня.

– Где у вас поликлиника?

– Медчасть, – поправила вахтерша, – обойди с торца, к ним вход без пропуска.

Я пошла вокруг гигантского здания. Интересно, тепловые приборы, это что? Наверно, всякие обогреватели да батареи.

Но что бы это ни было, дела у предприятия, очевидно, шли блестяще. Трехэтажный корпус только что отремонтирован, а в поликлинике повсюду ковровые дорожки. Посетителей, правда, что-то не видно. Даже перед дверью с надписью «стоматолог» не сидит угрюмая очередь.

Я постучалась, выглянула красивая девушка.

– Проходите.

Видно, денег на здоровье рабочих администрация не отпустила. Но оборудование современное, новое, доктор в красивой хирургической шапочке.

– Простите, – изобразила я смущение. – Я давно хожу к Шабановой.

Стоматолог отложила в сторону блестящее зеркальце на длинной ручке и приветливо ответила:

– Она уволилась.

– Как? – удивилась я.

Девушка пожала плечами.

– Наверное, нашла другое место работы, более выгодное, хотя…

– Что?

– Здесь для хорошего специалиста удобно, – пояснила доктор, – местные почти не приходят, можно целый день на себя работать, частную клиентуру принимать. Вот вы, я вижу, со стороны, за плату ходили?

Я кивнула.

– А Мила не оставила адреса новой работы?

– Нет.

– Как же ее найти?

– Зачем вам Шабанова? – стала уговаривать меня стоматолог. – Я не хуже все сделаю. Материалы импортные, цены умеренные.

– Привыкла к Шабановой, – отбивалась я, – руки у нее золотые.

– Что верно, то верно, – подтвердила врач, – Людмила – отличный специалист.

– Может, кто из ее подруг адресок знает, – пустила я пробный шар, – не хочется терять любимого доктора.

Девушка усмехнулась: