Читаем Спящий сфинкс полностью

— Послушайте, моя дорогая… — Сдвинув древнюю шляпу на затылок, он взял девушку за руку. — На Рождество, вскоре после смерти вашей несчастной сестры, вы пришли ко мне и рассказали… э-э… о случившемся той ночью. Помните?

— Разумеется, помню! — откликнулась собеседница.

— Так зачем же опять ворошить эти воспоминания, волновать себя ужасными подробностями? Теперь, через полгода после ее кончины?

— Потому что появились новые факты! Или… появятся завтра ночью. — Силия колебалась. — Потому что Дон снова со мной, и я хочу рассказать об этом и ему тоже! Я поведала ему о…

Эрик Шептон покрутил головой, вглядываясь в темноту.

— Вы что же, рассказывали этому джентльмену о жестоком обращении Марша с вашей сестрой? — недоверчиво произнес он.

— Да!

— И о… неудавшейся попытке миссис Марш отравиться стрихнином? — Теперь в голосе врача звучала ирония.

— Да!

— И о том, что приключилось с вами в Длинной галерее вскоре после смерти миссис Марш?

— Нет! — Даже в неверном лунном свете Дон заметил, что лицо Силии стало белее полотна. — Нет, об этом я не говорила! Но, боже мой!.. — Она вздохнула с неподдельным отчаянием, отозвавшимся в сердце Холдена болезненным уколом. — Неужели никто не хочет выслушать, что на самом деле произошло в ночь отравления Марго?

— Доктор, почему бы нам не выслушать ее? — сказал Дональд, и в голосе его прозвучало больше доброты, чем в словах.

— Как хотите. — Шептон бросил на майора странный взгляд. — Возможно, так оно и лучше. Э-э… Тут найдется где присесть?

Присесть было негде. «Если только на качели?» — пришло в голову Холдену. Но Силия уже задумчиво разглядывала огромный прямоугольник песочницы.

Медленно подойдя к ней, девушка присела на один из бортиков, свесила ноги внутрь и, откинув голову, подняла лицо к луне. Доктор Шептон не раздумывая опустился рядом с нею. Дональд примостился с другой стороны.

Силия опустила глаза. Теперь она разглядывала песок, словно завороживший ее. Сухой, прогретый за десять дней африканского пекла, пришедшего на смену затяжному дождю. Зачерпнув пригоршню, Силия разжала пальцы, и песок заструился на землю.

— Песок… Замок… Спящий сфинкс!.. — воскликнула она вдруг, и ее смех, ясный и звонкий, эхом разнесся по площадке. — Простите, мне стало смешно: песок… замок… спящий сфинкс…

— Остановитесь, моя дорогая, — довольно резко заявил доктор.

— Да, да, конечно! — произнесла девушка, приходя в себя.

— Вы хотели что-то рассказать нам, не так ли? О том, что случилось за два дня до Рождества?

— Да, до Рождества, — повторила Силия, закрыв глаза.

— Я уже говорила Дону, — начала она свое повествование, — что Марго в те дни выглядела гораздо счастливее, чем даже до замужества. У сестры сияли глаза, она кружилась по дому, тихонько напевая. Однажды я в шутку сказала ей: «У тебя, наверное, появился любовник!» Марго покачала головой и заявила, что собирается к гадалке, какой-то там мадам с Нью-Бонд-стрит, которая уже напророчила ей невероятные события в будущем. Потом, в октябре, опять начались эти ужасные сцены с Торли. Мне было слышно сквозь запертую дверь, как он кричал на нее. Но приблизительно в начале декабря обстановка опять разрядилась. Когда мы поехали в «Касуолл» отмечать Рождество, все были милы и учтивы друг с другом. — Силия отшвырнула ногой песок. — Я люблю «Касуолл», — просто проговорила она. — Стоит зайти в дом и затворить за собой дверь, как возникает впечатление, будто ты попал в прошлое. Синяя гостиная, Лакированная комната… А Длинная галерея?! А старая детская? — Она перевела дыхание. — Ладно, я продолжу. Поехали мы небольшой компанией. Может быть, Торли рассказывал тебе, Дон? Марго, Торли, я и Дерек, конечно.

Это «конечно» вывело Холдена из себя.

— Я подозреваю, — раздраженно заявил он, зачерпнув пригоршню песка и с силой отбросив его в сторону. — Я подозреваю, что Дерек — это мистер Дерек Херст-Гор, член парламента?

Девушка удивленно посмотрела на него:

— Да. А ты что, знаком с Дереком?

— Нет! — отрезал Холден с холодной яростью. — Но я ненавижу эту свинью!

— Но ты же его совсем не знаешь! — запротестовала собеседница.

— В том-то и дело, Силия. Если бы я общался с ним, то не испытывал бы к нему такого отвращения. Но мы не знакомы, поэтому я заранее ненавижу его. И что же этот кре… И что же этот парень собой представляет?

— Знаешь, он очень симпатичный. Высокий, вьющиеся волосы… — Силия заметила на лице Холдена презрительную гримасу. — Но он вовсе не женоподобен. Наоборот, у него такой решительный подбородок. А еще очень добрая улыбка и красивые зубы. Дон!.. — В глазах девушки отразился испуг. — Но ты ведь не подумал…

— Если я не ошибаюсь, ты одно время работала у него секретаршей, — напряженно произнес Дональд. — Или это только слухи?

— Да, работала. И он пытался поухаживать за мной.

— Понятно.

Даже в темноте было заметно, как Силия покраснела. Отведя взгляд в сторону, она зачерпнула еще горстку песку, который медленно заструился сквозь ее пальцы.

Перейти на страницу:

Все книги серии Доктор Гидеон Фелл

Слепой цирюльник [litres]
Слепой цирюльник [litres]

Золотой век детектива подарил нам множество звездных имен. Произведения таких писателей, как Агата Кристи, Гилберт Честертон, Эрл Стэнли Гарднер, Рекс Стаут, развивали и совершенствовали детективный жанр, их романы, безоговорочно признанные классикой, по сей день любимы читателями и являются эталоном качества для последующих поколений авторов детективных историй. Почетное место в этой плеяде по праву принадлежит Джону Диксону Карру (1906–1977) – виртуозному мастеру идеально построенных «невозможных преступлений в запертой комнате». Роман «Слепой цирюльник» продолжает серию книг о сыщике-любителе докторе Гидеоне Фелле. Внешность героя, предположительно, была списана с другого корифея детективного жанра – Гилберта Честертона, а его заслуги в истории детективного жанра, по мнению большинства почитателей творчества Карра, поистине вызывают уважение. Так, писатель Кингсли Эмис в своем эссе «Мои любимые сыщики» назвал доктора Фелла «одним из трех великих преемников Шерлока Холмса».

Джон Диксон Карр

Классический детектив
Изогнутая петля
Изогнутая петля

Золотой век детектива подарил нам множество звездных имен. Произведения таких писателей, как Агата Кристи, Гилберт Честертон, Эрл Стэнли Гарднер, Рекс Стаут, развивали и совершенствовали детективный жанр, их романы, безоговорочно признанные классикой, по сей день любимы читателями и являются эталоном качества для последующих поколений авторов детективных историй. Почетное место в этой плеяде по праву принадлежит Джону Диксону Карру (1906–1977) – виртуозному мастеру идеально построенных «невозможных преступлений в запертой комнате».Роман «Изогнутая петля» продолжает серию книг о сыщике-любителе докторе Гидеоне Фелле. Внешность героя, предположительно, была списана с другого корифея детективного жанра – Гилберта Честертона, а его заслуги в истории детективного жанра, по мнению большинства почитателей творчества Карра, поистине вызывают уважение. Так, писатель Кингсли Эмис в своем эссе «Мои любимые сыщики» назвал доктора Фелла «одним из трех великих преемников Шерлока Холмса».

Джон Диксон Карр

Детективы / Классический детектив / Классическая проза ХX века

Похожие книги

Безмолвный пациент
Безмолвный пациент

Жизнь Алисии Беренсон кажется идеальной. Известная художница вышла замуж за востребованного модного фотографа. Она живет в одном из самых привлекательных и дорогих районов Лондона, в роскошном доме с большими окнами, выходящими в парк. Однажды поздним вечером, когда ее муж Габриэль возвращается домой с очередной съемки, Алисия пять раз стреляет ему в лицо. И с тех пор не произносит ни слова.Отказ Алисии говорить или давать какие-либо объяснения будоражит общественное воображение. Тайна делает художницу знаменитой. И в то время как сама она находится на принудительном лечении, цена ее последней работы – автопортрета с единственной надписью по-гречески «АЛКЕСТА» – стремительно растет.Тео Фабер – криминальный психотерапевт. Он долго ждал возможности поработать с Алисией, заставить ее говорить. Но что скрывается за его одержимостью безумной мужеубийцей и к чему приведут все эти психологические эксперименты? Возможно, к истине, которая угрожает поглотить и его самого…

Алекс Михаэлидес

Детективы
Тьма после рассвета
Тьма после рассвета

Ноябрь 1982 года. Годовщина свадьбы супругов Смелянских омрачена смертью Леонида Брежнева. Новый генсек — большой стресс для людей, которым есть что терять. А Смелянские и их гости как раз из таких — настоящая номенклатурная элита. Но это еще не самое страшное. Вечером их тринадцатилетний сын Сережа и дочь подруги Алена ушли в кинотеатр и не вернулись… После звонка «с самого верха» к поискам пропавших детей подключают майора милиции Виктора Гордеева. От быстрого и, главное, положительного результата зависит его перевод на должность замначальника «убойного» отдела. Но какие тут могут быть гарантии? А если они уже мертвы? Тем более в стране орудует маньяк, убивающий подростков 13–16 лет. И друг Гордеева — сотрудник уголовного розыска Леонид Череменин — предполагает худшее. Впрочем, у его приемной дочери — недавней выпускницы юрфака МГУ Насти Каменской — иное мнение: пропавшие дети не вписываются в почерк серийного убийцы. Опера начинают отрабатывать все возможные версии. А потом к расследованию подключаются сотрудники КГБ…

Александра Маринина

Детективы