Читаем Спящий полностью

— Заткнись и садись! — повысил голос Бастиан Моран, а когда я повиновался, продолжил: — Сразу хочу предупредить, что с твоей пассией ничего не случится в любом случае. Ее просто допросят и доставят обратно домой. Но вот что станется с тобой, Леопольд, зависит исключительно от того, сумеем ли мы найти общий язык.

— Вы серьезно?

— Хватит юродствовать! — сорвался старший инспектор. — В городе творится черт знает что, а я впустую теряю с тобой время! Либо начинай говорить, либо тут тебя и закопают!

Людям нужна надежда, пусть даже она противоречит здравому смыслу. Искусные манипуляторы цепляют ею человека, словно рыболовным крючком. Полицейские следователи преуспели в этом лучше остальных; я прекрасно знал это, но все же решил ухватиться за протянутую соломинку.

— Что вам надо? — напрямую спросил я старшего инспектора.

— Шлюхи, ацтеки и какой-то заговор — о чем ты вчера толковал? Что тебе известно о ритуальных убийствах?

Я взглянул на собеседника с неприкрытым удивлением.

— Серьезно? Об этом хотите поговорить?

— Ты тратишь мое время! — ледяным тоном произнес Бастиан Моран. — Мне твое общество не доставляет никакого удовольствия, поэтому просто отвечай на вопрос! Чем раньше мы с этим закончим, тем лучше!

Тянуть время не было никакого резона, поэтому я вкратце рассказал старшему инспектору все, что узнал о замысле ацтеков от Томаса Смита, а под конец после недолгих колебаний поделился и собственными соображениями на этот счет. Нечто в поведении Морана навело на мысль, что в детали заговора его посвятить не удосужились.

— Полагаешь, за прорывом инфернального стоит герцог Логрин? — задумчиво произнес старший инспектор, выслушав мой рассказ. — Откуда такая уверенность?

— Is fecit, qui prodest[1] — блеснул я своим знанием латыни.

— Вздор! — вспылил Бастиан Моран. — Ставить империю на грань развала — не в интересах регента! От кронпринцессы можно было избавиться сотней не столь разрушительных способов!

— Он пытался, — сообщил я. — Но ему не удалось. И вполне может статься, на этот раз союзники из Нового Света не посвятили его во все детали. Это не важно! Важно, что ацтеков в Риверфорт провез герцог. Я был там! Я видел!

— Что ты делал там, Леопольд?

— Выполнял поручение ее высочества… людей из ее окружения.

Моран поднялся на ноги, задумчиво посмотрел на пистолет в своей руке и спросил:

— Тот агент Пинкертона, почему он не пришел ко мне?

— Он звонил и договаривался о встрече. Тем же вечером его едва не зарезали. Вряд ли это было простым совпадением!

Старший инспектор поморщился и отвел взгляд, но сразу пересилил себя и, словно оправдываясь, произнес:

— Когда Третьему департаменту поручили отыскать Жнеца, герцог Логрин обратился ко мне с неофициальной просьбой держать его в курсе расследования и немедленно сообщать о любых подвижках. Мне не показалось это подозрительным: серия убийств вызвала большой общественный резонанс, а положение регента в императорском совете оставляло желать лучшего. Критичной для него могла оказаться любая мелочь. Я и подумать не мог, что он как-то связан с этими убийствами!

Моран говорил как по писаному, но я не спешил принимать его слова за чистую монету.

— В нашу последнюю встречу вы утверждали совсем другое.

— Ты о моем отношении к ее высочеству? — усмехнулся старший инспектор. — Я говорил вчера и скажу снова: смерть кронпринцессы пошла бы империи лишь на пользу. Я искренне убежден, что на престол должен взойти кто-то иной. Кто-то… кто более человек.

— Ну так все складывается для вас лучшим образом, разве нет?

— Во-первых, ее высочество еще жива и не далее как час назад вышла из комы, — огорошил меня неожиданным заявлением Бастиан Моран.

— Откуда вы знаете?

— Защита дворца выстояла, гвардейцы поддерживают с нами телефонную связь.

— Ясно, — задумчиво протянул я. — А во-вторых?

— А во-вторых, я желаю смены династии, а не развала государства! — почти выкрикнул в ответ старший инспектор. — Следовало дождаться естественной кончины кронпринцессы или устроить дворцовый переворот! Но то, что происходит сейчас… — Моран посмотрел на меня в упор. — Это конец империи. Ты сам разве не понимаешь этого?

— Не уверен, что могу проследить ход ваших мыслей…

Бастиан Моран презрительно фыркнул.

— Единство империи зиждется на двух вещах, — произнес он менторским тоном. — Метрополия дарует провинциям защиту от инфернальных созданий и гарантирует нерушимость границ. Но о какой защите может идти речь, если в столице творится подобная чертовщина? Осажден императорский дворец, а мы ничего не можем с этим поделать!

Я кивнул. Случившееся стало наглядной демонстрацией слабости центральной власти. Если ситуация не разрешится в самое ближайшее время, волнений в провинциях не избежать.