Читаем Спящие красавицы полностью

Потом она вспомнила о Джареде и вновь достала телефон. Только что ему сказать, и зачем? У него на телефоне был интернет, у всех он есть. К настоящему времени Джер, вероятно, знал о том, что происходит, больше, чем она сама. Ее сын — по крайней мере, у нее был сын, а не дочь. Это было то, за что сегодня она могла благодарить небеса. Мистер и миссис Пак, должно быть, сходили с ума. Она написала Джер, чтобы он сразу же возвращался из школы домой, и что она любит его, и отправила сообщение.

Лила подняла лицо к небу и сделала глубокий вдох. Спустя почти полтора десятилетия разгребания результатов неправомерного поведения, по большей части, связанного с наркотиками, Лила Норкросс была вполне уверена в своем положении, чтобы знать, что, хотя она и намеревалась сделать свою работу в меру своих способностей, у нее не было личной заинтересованности в получении правосудия за пару мертвых метамфетоваров, которым, так или иначе, светила казнь на электрическом стуле, в конце их Великого Светлого Пути. И у нее хватало политической смекалки, чтобы знать, что никто не будет требовать скоропалительных решений, только не с этой паникой из-за Авроры. Но трейлер за Лесопилкой Адамса, где дебютировала Эви Доу находился в округе Дулинг, и у Лилы был личный интерес к Причудливой Эви. Она не могла появиться из ниоткуда. Где-то же она оставила свою машину? Возможно с регистрационной карточкой владельца в бардачке? Трейлер был менее чем в пяти милях; не было причин, чтобы не осмотреть его. Но для начала нужно было сделать кое-что еще.

Она зашла в Олимпию. Место было почти пустынным, обе официантки сидели за угловым столиком, сплетничали. Одна из них увидела Лилу и начала вставать, но Лила махнула ей рукой. Гас Верин, владелец закусочной, сидел на табурете у кассового аппарата и читал роман Дина Кунца. За ним стоял маленький телевизор с приглушенным звуком. По всей нижней части экрана бежало сообщение КРИЗИС АВРОРЫ УСУГУБЛЯЕТСЯ.

— Я это читала, — сказала Лила, показав на книгу. — Собака общается с помощью фишек Скрэббла.

— Теперь, когда вы рассказали, мне будет не интересно, — сказал Гас. Его акцент был таким же густым, как подливка Красный глаз.[119]

— Извини. Тебе понравится. Хорошая история. Теперь, когда ты убрал литературного критика с дороги, сделай-ка мне кофе. Черный. Размера XL.[120]

Он пошел к аппарату и наполнил большую чашку. Кофе было черным, все так: вероятно, крепче Чарльза Атласа[121] и таким же горьким, как лате, который готовила ирландская бабушка Лилы. Просто прекрасно. Гас подсунул картонную подставку под чашку, защелкнул пластиковую крышку и пододвинул чашку к ней. Но когда она протянула бумажник, он покачал головой.

— Бесплатно, шрифф.

— Да, бесплатно. — У неё было незыблемое правило, высеченное на табличке, стоящей на ее столе, гласящее: НЕТ ЖИРНЫМ КОПАМ, КРАДУЩИМ ЯБЛОКИ. Потому что как только ты начинал брать на лапу, остановиться ты уже не мог… и всегда следовало кви про кво.

Она положила пятерку на прилавок. Гас отодвинул ее назад.

— Это не за значок, шрифф. Бесплатное кофе сегодня для всех женщин. — Он посмотрел на официанток. — Не так ли?

— Да, — сказала одна из них, и подошла к Лиле. Она полезла в карман своей юбки. — И бросьте это в свой кофе, шериф Норкросс. Это не улучшит вкус, но поможет взбодриться.

Это была пачка порошка Гуди от головной боли.[122] Хотя Лила никогда им не пользовалась, она знала, что Гуди — это главный продукт Трехокружья, наряду с Рэбел Йелл[123] и покрытыми сыром драниками. Когда ты рвал обертку и высыпал содержимое, то, что ты видел, было очень похоже на кокс, который они нашли в сарае братьев Гринеров, завернутый в пластик и хранящийся в старой тракторной шине — вот почему они, и многие другие дилеры, использовали обертку Гуди, чтобы сбывать свой продукт. Он был дешевле, чем Педиа-Лекс.[124]

— Тридцать два миллиграмма кофеина, — сказала другая официантка. — Я уже выпила два сегодня. Я не буду спать, пока светлые головы что-то не решат с этой Авророй. Если решат.

4

Одно из самых больших преимуществ быть единственным офицером службы контроля за животными Дулинга — возможно, единственное преимущество — не иметь вышестоящего босса. Технически Фрэнк Джиари подчинялся мэру и городскому совету, но они почти никогда не приходили к небольшому закутку за тыльной стороной здания, в котором также располагалось историческое общество, департамент по благоустройству территорий и кабинет оценщика, и это было просто прекрасно.