Читаем Спецуха полностью

– А, ну да, по «Звезде» показывали всякие новые разработки. Там действительно логотипы на всех вагонах. Молодца, тебе бы в разведке служить! Вагоны найдешь – я тебе еще литр текилы выкачу!

– Я тебя за язык не тянул! С разведчиками поосторожнее: нас предупреждали – их тут как бычков возле полевого сортира!

– А, ну да, есть такое дело, говорят, диверсанты и шпионы шерстят по округе.

– А может, и не шерстят, – буркнул я, не подумавши.

– Чего ты сказал? – Лепехин даже перестал жевать печенье.

– А хрена им! Сели, к примеру, на тот же поезд где-нибудь на станции и едут под видом бригады из «Славянки»; пойди докопайся!

– Да, вполне вероятно! А то я думаю, чего наш особист все за тебя расспрашивал. Мол, что за хрен с горы с тобой тут трется?

– А, ну, тогда пока. – Я демонстративно надул губы и сделал очень обиженный вид. – Давай, до встречи. Позвонишь, как вагоны найдете; подъедем тогда не спеша.

Подполковник подозрительно посмотрел на меня, потом фыркнул и заржал. Я не выдержал и тоже начал хихикать.

– Да ладно, братан, не дуйся – я же шутканул; какой, на хрен, с тебя диверсант? По тебе же видно, что даже в армии не служил. Так ведь? Почем «военник» брал?

– Заплатил за него двумя годами на Тихоокеанском флоте: главстаршина, замначальника продовольственного склада!

– Так ты из наших, тыловых! Я сразу это понял! Ну что – давай, завтра с утра вас жду; а как подъедешь, поможешь с вагонами?

– За литр текилы, естественно, – ответил я, помахал всем ручкой и гордо удалился, размышляя про выкрутасы мышления подполковника Лепехина.

То мне в разведке служить надо, то я вообще не служил, а теперь он во мне сразу тыловую крысу признал! Да и хрен с ним! Главное – есть вполне официальная возможность работать с самого что ни на есть «передка». Осталось ведь совсем немного. Ждем, что скажет высшее руководство в ответ на первую нашу «посылку». Отработав по войскам, разгружающимся в Залетах, шлем вторую. Попутно, чувствую, подкинут нам еще какое-нибудь специальное мероприятие, – так, чтобы побегали тутошние антитеррористы, чтобы что-нибудь взрывалось. В это время телевизионщики будут снимать «новейшую систему связи управления», которая буквально в секунды доводит приказы и распоряжения до войск – бла-бла-бла…

Да, кстати, вот, пожалуйста. Навстречу моему грузовичку по грунтовке пылили два гражданских микроавтобуса с радугами на боках и надписями, гласящими, что едет «ТЕЛЕВИДЕНИЕ».

Все это хорошо и распрекрасно, но где мне достать этот чертов модуль? Как назло, Скамейкин пропал со всех линий связи и на телефоны не отзывался, был «вне зоны доступа». Ладно, может, на комбинате что-нибудь и придумаем.

Интересно, что там, у доблестных разведчиков майора Пехотина? Этот прославленный деятель спецназа тоже пока молчит. Вдруг, когда я по полигону катался, их всех уже повязали, и я остался один? Может, Леня Ромашкин бросился захватывать вертолет, Вова Черепанов не смог его остановить, а Овчинников, охочий до подвигов, поддержал эту безумную затею?

Однако, нет – на базе все было хорошо. Все работали в штатном режиме «прикрытия». Черепанов доложился об удачной встрече с майором Рябушкиным и о том «человечке», с которым тот обещал свести. Леня прикрывал близнецов, прокачивающих очередной обязательный сеанс связи. Пехотин и его команда работали еще по одной задаче, поставленной разведывательным управлением. О подгруппе доразведки железнодорожной станции – пока молчок.

По моем приезде группа собралась быстро, без проволочек. Ромашкин, несмотря на мои запреты, на прикрытие связистов таскал с собой «АКС-У» и пару взрывпакетов, за что был наказан, но огорчаться даже и не собирался, узнав о том, что мы перебазируемся.

Вова хмыкнул, кивнул в сторону начфиненка и заявил:

– Только у нашего мачо начало что-то наклевываться – и тут такой облом!

– Она сама меня в столовку затаскивала, я не при делах, – отбрехался Овчинников.

– А вот теперь, господа шпионы, еще одна задачка, которую надо решить, – продолжал я, – нам к завтрашнему утру надо родить какую-нибудь охренительную штуку под названием жилой модуль. Что это такое, я, конечно, представляю и видел их в немереных количествах. Я так понимаю, это еще одна фишка, которой наши доблестные вооруженные силы должны поразить общественность. Из Питера что-то пришло, но бригады установщиков еще нет, вагоны потерялись в Залетах. В конце концов, нам надо где-то жить, и легенда прикрытия вырисовывается неплохая.

– Может, прицеп какой оборудуем? – подал голос Ромашкин. – Мы в Ичкерии в таком катались.

– Нет! – возмутились Артемьевы в голос. – Ты, Леня, ни хрена не понял – это совсем другая штука. Нас в прицепе откатят в чисто поле и расстреляют из пушки…Тут реально домик нужен, как у девочки Элли.

– Это как у Эльки Дагбаевой, с узла связи, на даче стоит, что ли? – спросил, морща лоб, Леня.

– А ты что, у нее на даче был? – разом завопил Черепанов.

– После меня или раньше? – осведомился Овчинников.

– И мы тоже там были, – поддержали суматоху Артемьевы.