Читаем Спец экстра-класса полностью

Виктор по-прежнему молча смотрел в стену за спиной майора, абсолютно не понимая, о чем тот говорит.

* * *

Тяжелый «шестисотый» «Мерседес» выехал за пределы Московской кольцевой дороги и прибавил скорость.

Через полчаса машина вкатилась на территорию респектабельного дачного поселка, сплошь застроенного дворцами новых хозяев жизни. Усадьба, перед которой остановился «Мерседес», ничем не отличалась от соседских. Такой же каменный забор в виде миниатюрной Великой Китайской стены, правда, над забором по всему периметру было установлено двухметровое толстое пуленепробиваемое стекло. Но это так, частность, деталь из жизни «новых русских». За оградой был выстроен двухэтажный особняк в виде приплюснутой латиноамериканской фазенды, похожей на подкову, внутренняя сторона которой представляла собой широкую террасу. За ней раскинулся бассейн фигурной формы с искусственным водопадом и небольшой отмелью с джакузи, где, как в камчатских гейзерах, пузырилась вода.

Владелец всего этого великолепия Фарид Шарипов был обычным бизнесменом средней руки и руководил всего одной небольшой похоронной компанией и одним крошечным магазинчиком «Ритуальные услуги». Правда, в районе, где располагалась компания, Шарипову платили все бизнесмены. Потому что, если кто-то отказывался платить, из магазина «Ритуальные услуги» присылали венок с траурной лентой, где было указано имя виновника. В первый раз на фирму, во второй раз уже на похороны. Поэтому бизнесмены справедливо решили сперва платить Фариду, а потом налоговой инспекции, если денег не хватало сразу на два расчета. Налоговики хотя бы присылают повестки и уведомления, а не похоронные венки.

Веселая идея с венками принадлежала не Фариду, а его двоюродному брату Владимиру Шарипову, вору в законе, который и привлек младшего брата, некогда мелкого фарцовщика, в преступную группировку.

Оба брата происходили из династии московских татар, которые испокон века держали на Казанском вокзале перевозку и переноску пассажирских багажей, но они бегать с тачкой по перронам в поисках чаевых не хотели. Весельчак и выдумщик Владимир на свое шестнадцатилетие отчебучил шутку, которую суд по справедливости оценил в пять лет колонии. С этого момента началась уголовная карьера Владимира, сопровождавшаяся за его веселый нрав пересылками по всем лагерям Советского Союза.

Фарид тоже работать не хотел, но, побывав с матерью у брата на свидании в Кировской области, младший Шарипов не увидел романтики в воровской жизни. Поэтому по окончании школы он не бросился к тачке носильщика, но и воровать тоже не пошел, отдав предпочтение мелкой фарцовке.

Когда через год снова пришлось делать выбор, либо в армию, либо за решетку, свободолюбивый Фарид опять выбрал третий вариант: пробыв два месяца в психиатрической больнице, он обзавелся великолепной справкой с не менее великолепной записью: «вяло протекающая шизофрения».

В начале девяностых старший Шарипов, отдав пятнадцать лет лагерям и тюрьмам, вернулся в Москву наверстывать упущенное. Пользуясь воровской короной, как мандатом Реввоенсовета, стал сразу же собирать себе армию. В то время были сильны националистические веяния, и преступные сообщества собирались по этническим признакам. Но Владимир был по натуре интернационалистом, не без оснований считая, что национальность ни при чем, сам человек чего стоит?

В его армии было около сотни «пехотинцев» разных национальностей, и в этом была их сила. Младший брат сперва держался от старшего немного в стороне, хотя и выполнял роль лоцмана в бушующем море деловой Москвы. Постепенно Фарид убедился в безнаказанности брата и окончательно примкнул к его сообществу, сразу став одновременно и порученцем, и преемником.

К тому времени под Владимиром был целый район, была похоронная компания с магазином «Ритуальные услуги». Но неугомонная душа Шарипова-старшего жаждала деятельности большего масштаба. Он вдруг вообразил, что надо объединить все преступные сообщества Москвы, чтобы всем миром противостоять правоохранительным органам. Вслух он, конечно, не говорил, что хотел бы возглавить такой конгломерат, но это и так все понимали. Обсуждения по поводу объединения не проводили, некому было. К тому времени снайпер «зачистил» реформатора.

Став у кормила власти, Фарид сразу показал, что никаких реформ ему не надо, все будет по-прежнему. Кроме старого доброго рэкета, организация Шарипо-ва, говоря цивилизованным языком, занималась еще и внешнеторговыми сделками, с кем торговать и чем – было совершенно .безразлично. Братва тоже не возмущалась, Фарид исправно отстегивал в общак, и, главное, не было никаких нововведений.

Жизнь казалась теперь настоящей сказкой без всяких треволнений. Ну, когда-никогда пошлешь зажравшемуся купчишке похоронный венок, и опять тишина.

«Мерседес» въехал на территорию усадьбы, проехал немного по дорожке к особняку и соскользнул в подземный гараж.