Читаем Сперматозоиды полностью

…и рождаемся не по своей: проблема лишь в том, что прекратить это (самое легкое, конечно, газ), существование это произвольно оборвать — заметь, я не говорю «жизнь», — духу не хватит: пойми, я хотела слиться, отдать, и вот… Нет, по собственной, перебивает Полина, все мы здесь по собственной воле, каждый из: ты сама время и место выбрала, неча на зеркало — ну да, сперматозоид, как ты выражаешься, добежал, но для души каждое воплощение — бесценный шанс, шанс уникальный, и… О чем ты, теперь уже Сана перебивает, о чем ты! Что уникального в страдании, бесценного — в невозможности себя выразить? В нескончаемых «нет», расстреливающих тебя в упор, но всегда (крайняя степень садизма), всегда почему-то не до конца? С детства ты принужден быть в стаде, а если нет… если… Сана на миг отворачивается — не хватало еще расклеиться, — и продолжает: что же касается П., то ты, конечно, будешь смеяться: «Я знаю весь любовный шепот, ах, наизусть…» — знакомо, не так ли? Проблемка лишь в том, что подопытному давным-давно не двадцать два… скажи, неужели со мной никогда не случится любви? Я не говорю о любви к Богу, к себе, к людям вообще… Я не говорю о любви «как в кино» — я, если ты заметила, еще в своем уме… Не заметила, качает головой Полина. Ни у кого не «случится» любви, пока он сам не начнет излучать ее: вырабатывать, синтезировать — как угодно. Сколько можно твердить: отпусти себя, перестань гонять одни и те же мысли — мысли, заметь, неправильные, неприятные… relax! Ослабь хватку, не муссируй тему — я не говорю «ампутируй», я говорю «не муссируй»; к тому же, ты ничего не знаешь о любви — тебе лишь кажется, будто весь «любовный шепот» изучен. Дальше, дальше-то — что? По тексту,[111] как и по жизни, — «сплошная грусть», а грусть и любовь несовместимы: взаимоисключающие понятия, слегка распаляется Полина. Да, каждый хочет слиться, вопрос лишь в чистоте намерения и в том, нужно ли это слияние другому! Ты не даешь П. быть самим собой (он тебе, впрочем, тоже) — фирменные грабли, из-за которых, собственно, рано или поздно все и расстаются… Я никогда, никогда ни к чему его не принуждала, пытается защититься Сана, но Полина усмехается: нет, принуждала, ты хотела, чтобы он бросил все ради тебя, наделала кучу предположений и, как следствие, ошибок, не видела ничего дальше собственного носа, а иногда — влагалища, пыталась с помощью секса избавиться от страхов… ты вообще хоть понимаешь, что на самом деле происходит? Окажись ты у меня на полгода позже, давно бы с инфарктом лежала. С инфарктом?.. Сана театрально хлопает ресницами, что на нее не похоже. Да у тебя здоровенный пробой в ауре, и та деформирована: энергия впустую утекает — ты вообще без сил, поле восстанавливать надо. Дышать правильно. Реагировать. Глупо ответ в уме искать — правильное-то решение всегда между «да» и «нет» будет. Логика не бинарна, пространство не трехмерно, время иллюзорно… что-то еще услышать хочешь? Пока не поверишь, что следствие раньше причины появиться может, не изменится ничего. А ведь абсолютно любой вопрос снять можно, если переживание единства с миром через себя пропустить: да не бойся ты «пафоса» — его, на самом-то деле, и нет вовсе… Любые отношения есть отработка: с раем земных наслаждений, догадаться несложно, общего мало. Дружба, как и то, что любовью называют, — та же привязка: люди эгрегорно совпадают и потому друг друга усиливают… А чтобы в себя по-настоящему новое впустить, войти ему позволить, нужно — дважды-два, Сана, дважды два! — хлам вычистить. «Формулу» света звездного как передаточной частоты любви — вычислить: тогда и почувствуешь (понять невозможно), что жизнь не бессмысленна. А смысл — можно назвать его, если тебе так проще, и сутью эволюции — в отработке страстей и в обретении гармонии: всё, нет ничего больше! И выход есть… тело-то наше полями окружено силовыми. Концентрическими. Ну, матрицей энергетической: и так и сяк сказать можно. У каждого поля частота своя, цвет свой, запах… В частотах космических волшебства нет никакого: обычные структуры пространственно-волновые — зная же, как к ним подключиться, волшебные вещи делать можно… Практика жестковата, но если все блоки проработаешь, тело энергетическое почти безграничным станет… У каждого существа свой уровень частотный, конечно, но ты ведь сама изменить — повысить! — частоту вибрации в состоянии… Знаешь, какими люди потом будут? Полина прищуривается: одна раса, одна вера — и всё. И всё? — недоверчиво переспрашивает эхо Саны, а сама она вдруг взвивается: но все равно, все равно несправедливо! Мне никто никогда не говорил ничего подобного, я и представить не могла, будто мне не принадлежат даже мысли — единственное, что казалось безоговорочно моим! И я не знала, понятия не имела, как «правильно»! Про «отражения» не знала! Что мысль материальна настолько — не знала!.. Ты сама себя в клетку посадила, отмахивается Полина, само понятие любви извращено: желание обезопасить себя за счет другого — первая пошлость, на которой ваш «институт брака» держится. К тому же, большинство на уровне первой и второй чакр «любит», а чувства обладания и принадлежности так перекручены, что палач и жертва едва отличимы… Дважды два, Сана, дважды два: невозможно любить и бояться. Все, абсолютно все слезы и сопли неразделенного чувства, — оплакивание своего убогого «я». Мелкого, ничтожного — и, разумеется, «недооцененного», — эго… Но разве не глупо жалеть себя из-за того, что тебя не любят или любят «недостаточно»?.. Зависеть от представлений о тебе другого человека?.. Вот это — не страшно разве?.. Как только остановишь монолог внутренний, желать и искать перестанешь, так страдание и уйдет… Отдай возлюбленным лучшее, а взамен ничего не требуй: у безусловного чувства мотива нет, зато кое-что другое имеется — страсть: настоящая, вожделением не подкрашенная — ты обладать-то не мечтаешь, найти-то не стремишься… Мощь такого чувства фантастична и потому большинству из тех, кого ты — опять, кстати, Анахату передавила… — добежавшими сперматозоидами называешь, недоступна.