Читаем Спасти Кощея полностью

Кощей уловил её удивление и спохватился. Никому не полагалось знать, что когда-то давно он так любил рисовать и был так талантлив, что мог бы стать выдающимся художником. Если бы только не бросил этого занятия. Он вскочил с кресла, выхватил из рук растерянной Наденьки кисти, и бросил их в самый дальний угол.

Но любознательность уже пустила корни в душе маленькой девочки. И теперь ей стало ещё интереснее, что скрывается в странном лесном заброшенном доме, где жил этот старик. Она всё смелее обходила комнату за комнатой, заглядывая во все двери, пока не открыла одну из них, самую дальнюю. В комнату, что оказалась почти до самого потолка завалена прекрасными картинами. Правда, и тут мастера-паучки поспешили сплести свои искусные сети, обвив холсты трепещущей от воздуха прозрачной паутиной.

– Вот это да-а! – восхищенно протянула Надежда, беря в руки одно из полотен и с восторгом разглядывая его. С холста на неё смотрела невероятно красивая златовласая девушка с зелёными глазами, обрамлёнными золотистыми ресницами. И столько в её взгляде было теплоты и света, что Надя залюбовалась, позабыв, где находится. Кроме того, её крайне интересовало, как именно художник смог добиться такого эффекта. Ведь как нужно чувствовать человеческую душу, чтобы не просто черты лица передать с помощью безупречной техники, а ещё и внутренний мир так отобразить, что кажется, будто девушка на картине живая, вот-вот подмигнёт и ласково улыбнётся.

– Неужели тебя не учили, что чужое брать не хорошо! – крикнул оказавшийся за её спиной Кощей. Он выхватил из рук девочки картину и отбросил её в сторону. Но Надя успела заметить, с какой щемящей тоской поглядел он на этот холст. Чудесный портрет приземлился на кучу других. Снизу выглядывал краешек пасторальной картины, в котором чётко угадывался лес возле дома.

Он щёлкнул пальцами, не дав ей разглядеть другие картины, и в следующий миг они оказались перед запертой дверью в комнату. Надя нахмурилась, отказываясь понимать, зачем прятать такие прекрасные картины. Она чувствовала, как дороги ему эти работы, и ещё больше дороги изображения на холстах. Так зачем же он прячет их и от кого? Теперь ей было совершенно не важно, что там, в других комнатах, и что скрыто от посторонних взглядов на втором этаже, куда вела широкая лестница.