Читаем Спасти Фейт полностью

— Я... — начал Бьюканан, но, взглянув на Ли тут же уточнил: — Мы пришли сюда, как единственные выжившие в той бойне. Пришли посмотреть, можно ли как-то договориться. Не хочу весь остаток жизни оглядываться через плечо и ждать подвоха.

— Ах, договориться? А что, если прямо сейчас я крикну жене, чтобы вызывала полицию? — Торнхил пристально взглянул на Бьюканана и сделал вид, будто только в этот момент узнал его. — Где-то я видел вас прежде? В газетах, что ли?

Бьюканан улыбнулся:

— Помните плёнку, о которой агент Константинопл сказал, что она уничтожена? — Он сунул руку в карман пиджака и достал кассету. — Так вот, ваш агент неправильно понял ситуацию.

Торнхил смотрел на кассету с таким видом, точно то была атомная бомба, готовая взорваться у него на глазах. Потом полез в карман своего пиджака.

Ли поднял ствол пистолета.

Торнхил окинул его укоризненным взглядом, нарочито медленно достал трубку и зажигалку, не спеша прикурил. Выпустил несколько колечек ароматного дыма, не спуская глаз с Бьюканана.

— Поскольку я понятия не имею, о чем вы толкуете, может, позволите послушать, что на этой плёнке? Любопытно знать. Возможно, это объяснит, с какой целью ворвались в мой дом два совершенно незнакомых человека? — «Если бы на плёнке было записано моё признание в организации убийства агента ФБР, ни одного из вас здесь бы не было, а самого меня уже арестовали бы. Так что все это блеф, Дэнни, чистой воды блеф!»

Бьюканан с самым невозмутимым видом похлопывал кассетой по ладони. Ли же явно нервничал.

— Ладно, включайте запись, и нечего морочить мне голову! — рявкнул Торнхил.

Бьюканан бросил кассету на письменный стол:

— Чуть позже. А пока хотелось бы знать, что ты сможешь для нас сделать. Нечто такое, что убедит нас не идти в ФБР, не рассказывать им все, что нам известно.

— И что же это такое, интересно знать? Вы говорили о людях, которые были убиты. Прикажете понимать это как предъявление обвинения в убийстве мне? Надеюсь, вам известно, что я работаю на ЦРУ. Может, вы иностранные агенты, шантажирующие государственного служащего? В таком случае у вас проблема. Нужно придумать нечто такое, чем меня можно шантажировать.

— Нам известно достаточно, чтобы похоронить тебя, — мрачно пробормотал Ли.

— В таком случае предлагаю взять лопату и начать копать, мистер... как вас там?

— Адамс. Ли Адамс, — хмуро ответил Ли.

— Фейт погибла, ты это знаешь, Боб, — сказал Бьюканан. Услышав эти слова, Ли опустил голову. — Константинопл застрелил её. Он также убил двух твоих людей. Это месть. За то, что ты убил агента ФБР.

Торнхил очень убедительно изобразил крайнее удивление:

— Фейт? Константинопл? О ком это вы говорите, черт возьми?

Ли подошёл и встал прямо перед ним.

— Ублюдок! Мразь! Для тебя убить человека — все равно что муравья прихлопнуть! Игра. Вот что это для тебя такое.

— Пожалуйста, уберите свою пушку. И покиньте мой дом немедленно!

— Да будь ты проклят! — Ли приставил ствол пистолета к голове Торнхила.

В ту же секунду к нему подскочил Бьюканан:

— Пожалуйста, Ли, не надо! Добром это не кончится.

— Я на твоём месте послушал бы твоего дружка, — бросил Торнхил, стараясь говорить спокойно. Прежде такое случилось с ним лишь однажды, во время провала шпионской сети в Стамбуле, много лет назад. Тогда Торнхил тоже находился на прицеле. И ему невероятно повезло, что он выбрался из той заварушки живым и невредимым. «Может, и сегодня тоже повезёт», — подумал Торнхил.

— Да с какой стати я должен кого-то слушать? — взревел Ли.

— Ли, прошу тебя, пожалуйста, — повторил Бьюканан.

Палец Ли оставался на спусковом крючке ещё секунду-другую. Сверкающие яростью глаза были устремлены на Торнхила. Наконец Ли медленно опустил ствол.

— Что ж, в таком случае идём к федералам с тем, что у нас есть, — сказал он.

— Хочу, чтобы вы убрались из моего дома.

— А я хочу получить от тебя личные заверения в том, что отныне никто не будет убит, — заявил Бьюканан. — Ты получил все, что хотел. Зачем причинять вред другим людям?

— Ладно, как скажете. Не буду никого больше убивать. — В голосе Торнхила слышался сарказм. — А теперь, будьте любезны, покиньте мой дом. Не хочется огорчать жену. Она, бедняжка, понятия не имеет, что связала свою судьбу с серийным убийцей.

— Мы сюда не шутки шутить пришли, — сердито заметил Бьюканан.

— Ну, разумеется, нет. Надеюсь, вы получили то, чего добивались? — осведомился Торнхил. — И пожалуйста, позаботьтесь о том, чтобы ваш помешанный на пушках дружок кого-нибудь случайно не пристрелил, — иронически добавил он. «На плёнке это будет звучать очень мило. Ведь я в первую очередь забочусь о других, не о себе».

Бьюканан взял со стола кассету.

— Выходит, вы не оставите доказательств моих преступлений?

Бьюканан сурово взглянул на него:

— Не вижу необходимости, в данных обстоятельствах.

«Смотрит, будто убить готов, — подумал Торнхил. — Что ж, прекрасно, тем лучше».