Читаем Спаситель полностью

– И все же поклялись Его именем спасти моего мальчика.

– Да. – Харри поднялся.

Не вставая, она смотрела на него.

– Вы держите свое слово?

– Не всегда.

– Вы не верите в Бога. И в свое слово тоже. Что же тогда остается?

Он плотнее запахнул куртку.

– Скажите мне, во что вы верите, Харри.

– Я верю в следующее обещание. Что люди могут сдержать обещание, даже если нарушили предыдущее. Я верю в новое начало. Я наверняка не говорил… – Он знаком остановил проезжающее такси. – Но именно потому я и служу в полиции.

В такси Харри сообразил, что у него нет наличных. Хотя знал, что в аэропорту Плесо есть банкоматы, которые принимают карты VISA. Всю дорогу он вертел в пальцах двадцатикроновую монету. Мысли о монете, крутящейся по полу бара, и первой выпивке на борту самолета боролись между собой.

Уже брезжил рассвет, когда Юна разбудила машина, заехавшая во двор Эстгора. Он лежал, глядя в потолок. Ночь была долгая, холодная, и спал он мало.

– Кто это? – спросила Теа, которая еще секундой раньше крепко спала.

В ее голосе сквозил страх.

– Наверняка сменщик полицейского, – ответил Юн.

Мотор смолк, хлопнули дверцы. Значит, их двое. Оба молчат. Безмолвные полицейские. Со стороны гостиной, где расположился охранник, донесся стук в дверь. Один раз. Потом второй.

– Почему он не открывает? – прошептала Теа.

– Тсс, – шикнул Юн. – Может, он вышел. В уборную.

Новый стук. Громкий, требовательный.

– Пойду открою, – сказал Юн.

– Погоди!

– Надо же их впустить. – Юн перелез через Теа, оделся.

Он открыл дверь в гостиную. В пепельнице на журнальном столике дымился окурок, на диване валялся шерстяной плед. Опять стук. Юн выглянул в окно, но машины не увидел. Странно. Он стал прямо перед дверью. Окликнул, не слишком решительно:

– Кто там?

– Полиция, – послышалось за дверью.

Возможно, Юн ошибался, но ему почудился странный акцент.

Новый стук, он вздрогнул. Протянул трясущуюся руку к дверной ручке. Глубоко вздохнул и рывком открыл дверь.

Он словно налетел на упругую водяную стену, когда ледяной ветер ударил в лицо, а слепящий свет низкого утреннего солнца заставил его невольно зажмуриться. На крыльце он увидел два силуэта.

– Вы смена? – спросил Юн.

– Нет, – ответил знакомый женский голос. – Все закончилось.

– Закончилось? – удивленно переспросил Юн, заслоняя глаза рукой. – Ах, это вы! Здравствуйте!

– Да, я, – сказала женщина. – Можете собираться, мы отвезем вас домой.

– Почему?

Она рассказала почему.

– Юн! – окликнула из спальни Теа.

– Минутку! – Юн прошел к Теа, оставив дверь открытой.

– Кто там? – спросила Теа.

– Она меня допрашивала, – сказал Юн. – Туриль Ли. И с ней парень, по-моему, тоже по фамилии Ли. Они говорят, что Станкич мертв. Застрелен сегодня ночью.

Полицейский, который их охранял, вернулся из уборной, собрал свои вещи и уехал. А спустя десять минут Юн закинул сумку на плечо, закрыл дверь и повернул ключ в замке. По своим следам прошел по глубокому снегу вдоль стены, отсчитал пять досок и повесил ключ на крючок, скрытый под обшивкой. Потом следом за остальными поспешил к красному «фольксвагену-гольфу», который стоял с работающим движком, выпуская белый конденсат. Он втиснулся на заднее сиденье рядом с Теа. Машина тронулась с места, он обнял девушку за талию, потом наклонился вперед:

– А как все произошло на контейнерном складе сегодня ночью?

Полицейская Туриль Ли взглянула на напарника, Улу Ли, сидевшего рядом на пассажирском месте.

– Говорят, Станкич вроде как схватился за оружие, – сказал Ула Ли. – В смысле, так показалось снайперу из спецназа.

– А на самом деле не хватался?

– Смотря что считать оружием. – Ула покосился на Туриль Ли, которая с трудом сохраняла серьезность. – Когда его перевернули, оказалось, ширинка расстегнута, хозяйство наружу. Как видно, он просто хотел отлить.

Туриль Ли кашлянула и разом помрачнела.

– Все это сугубо между нами, – поспешно добавил Ула Ли. – Вы же понимаете, да?

– Вы хотите сказать, что вот так просто застрелили его? – недоверчиво вырвалось у Теа.

– Не мы, – сказала Туриль Ли. – Снайпер из спецназа.

– Они считают, Станкич что-то услышал и повернул голову, – сказал Ула. – Пуля вошла за ухом и вышла там, где был нос. Снип-снап-снурре… хе-хе…

Теа посмотрела на Юна.

– Ему бы не помешало иметь боеприпасы, – задумчиво обронил Ула. – Скоро сам его увидишь, Карлсен. Хорошо бы тебе его опознать.

– В любом случае это было бы очень непросто, – сказал Юн.

– Да, мы слышали. – Ула покачал головой. – Эта… как ее… пантомимическая физиономия. Полная чепуха, по-моему. Но все это между нами, ясно?

Некоторое время царило молчание.

– А вы совершенно уверены, что это он? – спросила Теа. – В смысле, лицо-то изуродовано.

– Они опознали куртку, – сказал Ула.

– И всё?

Ула и Туриль переглянулись.

– Да нет, – сказала Туриль. – На куртке и на осколке стекла в кармане засохла кровь. Сейчас сравнивают ее с кровью Халворсена.

– Все позади, Теа.