Читаем Спасение полностью

– Старое, медлительное дерьмо, если кто проявит интерес. Но под ним запараллелен второй уровень. Можешь им пользоваться для составления сообщений и выброса их в микропульс. Твои антикварные часы – высокий класс. Но если они настоящие параноики, тебе прикажут не надевать их на дело, и тут на первый план выйдут трек-зерна. Будь добра, вызови для проверки активные операции.

– Мисра? – неслышно позвала она, задействовав встроенные в голосовые связки зерна. – Прозвон оперативному.

– Исполнено, – отозвалась Мисра.

– Слышу тебя, Сави, – ответил голос оперативного отдела. – Полный прием.

Сави, силясь удержать нервы в узде, кивнула Тарли.

– Спасибо.

Ей всегда делалось дурно перед самым выходом: сердце заходилось, нервы натягивались от тревоги. Стоило выйти на улицу, приступить к выполнению задания, она тут же успокаивалась.

– Слушай, когда это дело рванет в вентилятор, я сам буду дежурить в оперативном центре, – сказал Тарли. – Не бойся, я тебя вытащу.

– Приятно слышать.

– Идем, провожу тебя до Брисбена.

Через четыре хаба они перешли в Брисбенский филиал «Связи». Снаружи уже вставало солнце. Брисбенский отдел безопасности представлял собой замкнутую комнату, в которую вел единственный портал.

– Счастливо, – пожелал Тарли. – Твоя машина: восемь-пять-один. Поведет Пит.

– Поняла.

– Давай, возьми их.

Портал выходил в туалетную кабинку. Сави отодвинула дверной засов и огляделась. Внутренность металлического грузового контейнера – одного из шести одинаковых. Кругом никого. Стоило ей закрыть дверь, засов скользнул на место, запер кабинку. На двери снаружи висела табличка: «Неисправна».

Она шагнула в кружение теплого пыльного воздуха. Старый переносной туалетный вагончик установили у высокой сетчатой ограды, окружавшей участок около восьми километров в поперечнике: транспортный хаб Северо-брисбенской компании коммерческих и государственных услуг (СБКГУ). На взгляд Сави, он напоминал заповедник вымирающих автомобилей. Практически никакой зелени, ржаво-рыжая земля принадлежит грузовикам, десятилетиями уминавшим почву тяжелыми шинами, пока та не приобрела твердость бетона. Несколько гражданских технических предприятий хранили свою технику на этом участке вместе с тяжелыми землекопными и строительными машинами. Штабеля контейнеров громоздились подобно городским кварталам, пока управляемые Ген 4 Тьюрингом краны не поднимали их, чтобы погрузить на платформы грузовиков.

Прямо посередине транспортного хаба пролегало широкое асфальтовое кольцо, словно бригада землевосстановления забыла разломать отрезок старого шоссе. Отходящие от наружной стороны кольца съездные эстакады языками бетона тянулись к извивавшимся по всей территории грунтовкам. А вот во внутреннем кольце размещался круг шестиметровых порталов, расположенных так, будто современные проектировщики подражали строителям неолитических каменных сооружений. Было еще совсем рано, но по асфальту грохотали грузовики; их мощные электромоторы громко взревывали в рассветной тишине на въезде и выезде из порталов. Лишь у немногих в кабинах виднелись люди, остальные были апы.

От туалетного вагончика Сави прошла по изрытой колеями земле к ближайшему складу контейнеров. Кроме нее, на участке обретались всего два человека, оба в ярких рабочих куртках с пятнами рыжей пыли. Если они и увидели Сави, то не обратили внимания.

Мисра вывела на экраны очков навигацию, и в конце ряда контейнеров Сави свернула к припаркованному на погрузочной площадке грузовику. Сбоку на кабине красовались цифры восемь-пять-один. Кто-то (надо полагать, Пит) сидел внутри, не глядя в ее сторону. Сави постояла в тени контейнеров, пока кран, скользнув вдоль штабеля, не опустил помятый голубой контейнер на платформу. Когда кран отъехал, Сави взобралась на сцепку и обнаружила в широком зазоре между кабиной и прицепом полочку. Заклинив ноги в каких-то кабелях, она закрепилась; загудели осевые моторы, и Восемьсот пятьдесят первый тронулся с места.

Они проехали по грунтовке к большому асфальтовому кольцу. Сави вдыхала шершавый воздух и наслаждалась ролью, которую играла.

Видел бы меня сейчас Каллум!

Он бы места себе не находил, не сомневалась она. Может, когда-нибудь она ему расскажет. Когда они окажутся дома, в уюте. Лет через двадцать. И после того как он вволю напьется пивка.

Она погрузилась в мечты о будущей жизни. Сави совершенно не хотелось покидать сказочный Рим, и уж точно не ради промозглого Эдинбурга. Столица Шотландии довольно мила, но там даже летом адски холодно. И уж точно она не собиралась въезжать в заплеванную холостяцкую квартирку Каллума. Прежде чем селиться с ним вместе, надо будет преподать ему основательный урок домоводства.

Она уже готова была запросить у Мисры связь с agenzie immobiliari[8], подобравшим ей квартиру в Туфелло, когда сообразила, что Мисра этого файла не сохраняла, а у Оши нет никаких причин выходить на него. От сознания ошибки она похолодела. Юрий прав: прокалываются на мелочах.