Читаем Спасающие Мир полностью

— Вот сорванец! — весело произнес Питер и помахал ему на прощание рукой. Макс нажал на газ, и мальчик исчез за стеной снега.

Обратный путь ехали молча. Питер о чем-то думал, крепко держась за парня, когда снегоход преодолевал снежные барханы. Макс попытался проникнуть в мысли друга. То что увидел, расстроило его. Мысли Питер были где-то в небольшом городке. Среди множества лиц, возникавших в памяти мужчины, чаще других появлялся образ маленькой девочки. Вот мелькнуло её лицо, веселое и смеющееся, с множеством белесых кудряшек, обрамляющих ангельское личико. Но уже через миг Питер вспомнил её заплаканную, бегущую по улице и пронзительно кричащую что-то. Макс не стал больше вторгаться во внутренний мир напарника. Они ехали молча до самой гостиницы.

— Ты чем-то расстроен? — нарушил затянувшееся молчание Макс, когда друзья закрывали снегоход палаткой.

— Ерунда, — Питер нехотя отмахнулся и опять замолчал.

— Эта девочка? — не унимался юноша, — она похожа на твою дочь? — Питер вопросительно взглянул на Макса.

— Прости, — только и смог сказал тот. Но мужчина все понял. Юноша просто волновался за своего друга. Питер долго молчал.

— Она не то, чтобы похожа. Но знаешь, взглянул на Долли, и сразу перед глазами возникла моя малышка Луиза. — голос Питер задрожал, он стремительно отвернулся от собеседника, и глубоко вздохнул, чтобы успокоиться.

— Столько лет прошло. Иногда вспоминаю их, но такого…. Я обязательно её спасу. — Питер обернулся. — Должен спасти, ради памяти к моей девочке.

— Болезнь тяжелая? — Макс не видел Долли и судить о её состоянии не мог. Питер неопределенно покачал головой.

— В деревеньке нет никакого врача. Болезнь очень запущена. Организм ослаблен продолжительным недомоганием. Несколько дней нужно будет поколоть ей сильные антибиотики. Завтра посмотрю, как изменилось состояние за сутки. Тогда уже можно будет говорить о времени, необходимом для полного выздоровления. — Мужчина был не просто серьезен, но и расстроен. — Но пока никаких гарантий нет, — он безвольно развел руками.

— Будем ждать. — Макс поддержал Питер, как мог. — Пойдем, я уже замерз.

— Да, уж. Холодно, пошли.

Макс вошел в свой номер и увидел Линду и Марка, сидящих около монитора.

— Что-то интересное? — Макс на ходу снял куртку и присоединился к друзьям. Марк, не отрывая взгляда от изображения, объяснил.

— Пару часов назад в ангар вернулся вертолет. На борту двое мужчин. Но разглядеть их мы пока не можем. Не попадают в область захвата объектива.

— Но разговор их слышали?

— И довольно интересный. — Линда уступила место юноше. — Питер к себе пошел? — Тот кивнул в ответ.

— Промерзли до костей. — Женщина направилась к выходу, но Макс окликнул её. — Подожди минутку, пожалуйста. — Он вышел с неё в коридор.

— Линда, я хочу тебе кое-что сказать, но одно условие — Питеру ни слова. — Женщина заволновалась. — Что-то случилось?

— Девочка, к которой мы ездили. — Макс не знал, как объяснить, но постарался. — Она разбудила в памяти Питера давно забытые воспоминания о дочери. Он очень расстроен.

Макс в бессилье всплеснул руками, и нервно заходил по коридору.

— Я волнуюсь за него. Таким я Питера ещё не видел, — он обернулся к женщине. — Помоги ему. Ты же сможешь?

— Постараюсь. Спасибо, мальчик мой, что сказал. Сам Питер вряд ли поделится со мной своими переживаниями. — Линда расстроилась. Она заторопилась к себе в номер. Макс проводил её усталым взглядом и вернулся в комнату. Марк по-прежнему сидел за компьютером. Он мельком взглянул на парня и спросил.

— Как ваши дела?

— Более или менее, — неопределенно ответил Макс.

— Пойдешь ужинать?

— Нет, пожалуй, закажу в номер.

— Устал? — Макс кивнул. Марк не стал настаивать. — Что тебе заказать? — спросил он, подойдя к двери.

— Отбивные, сок апельсиновый и что-нибудь на десерт, — машинально ответил юноша, снимая с себя надоевшие теплые вещи.

— Будет сделано, — дверь за другом бесшумно закрылась, оставив Макса наедине со своими мыслями.

Мужчина подошел к окну и остановился, глядя во мрак ночи. Состояние Питера невольно передалось и Максу. Он очень сожалел о потерях друга. Странно, но теперь кроме обычной солидарной скорби и его душе возникло какое-то новое чувство. Никогда ранее он не думал, что может обрести настоящую семью. Но с появлением в его непростой жизни Марии, Макс стал все чаще задумываться и нормальном человеческом счастье. Маша стала той тонкой ниточкой, которая разбудила в нем желания иметь семью и детей. Поэтому воспоминания о горе Питера задели и юношу за живое. Даже события десятилетней давности, когда их команда боролась за жизнь совсем ещё юной тогда Марии, неожиданно всплыли в памяти, обретя совсем иные очертания, нежели ранее.

— Боже мой! — мысленно запаниковал Макс. — Моя Машенька! А ведь мы могли потерять её тогда….

Внутри что-то сжалось и тупо заныло. Если тогда они бы опоздали. Девушки сейчас не было бы на свете. Его единственной и самой чудесной, нежной и прекрасной!…****