Читаем Создатели полностью

— Да. — Салли перевел взгляд на свои грязные ботинки с рваными шнурками. Он сильно похудел, и одежда висела на нем. Сам наряд тоже был довольно причудливым: вельветовые брюки по щиколотку и огромная футболка с героями детского мультфильма «Собаки-солдаты».

— Господи, Салли, что случилось? — прошептал Руперт.

— Меня перепрограммировали. — Салли перевел дыхание и снова с трудом заговорил. — Ты был моим другом.

— Я и есть твой друг, Салли. И я рад тебя снова видеть. Ужас, что они с тобой сделали.

— Меня перепрограммировали, — повторил Салли. — Я извращенец. Они заставляли нас… Нам делали уколы, и заставляли… Делать гадкие вещи…

— Какой кошмар, — проронил Руперт.

— Они спрашивали о тебе, — продолжил Салли. — Спрашивали, не был ли ты предателем родины, и я сказал, что нет. Но потом они опять меня пытали, и я сказал, что ты предатель. Они заставили меня сказать это про многих. И записывали на камеру. Я не хотел.

— Не волнуйся, теперь у них есть более серьезные причины гнаться за мной. За мной пришел твой друг Арчер. Ты же его помнишь?

— Они его тоже взяли?

— Нет, у него все отлично. Я видел его несколько дней назад.

— Я правда его любил, — сказал Салли. — Врачи запретили мне. Думаешь, с ним все в порядке?

— Да, я его недавно видел.

— Надеюсь, с ним все хорошо.

— Помнишь, вы с ним придумали план? Мы его осуществили. Он сработал. Информация уже распространяется.

— Мы собирались вместе на север. — Салли посмотрел на часы. — Теперь у меня осталось только одно дело.

— Какое?

— Хм?

— Ты сказал, у тебя есть дело. Какое?

— Ах, да… Канада. Мне нужно в Канаду. Помоги мне туда попасть, Дэниэл.

— Ты уже на полпути. Как ты здесь оказался?

— Они просто выбросили нас на улицу. В Сент-Луисе или Чикаго. Или в Миннеаполисе. Они сказали, что больше не собираются нас кормить. Что-то вроде того. Я не помню.

— Что было потом? Ты помнишь? — спросил Руперт.

— Я пошел… Не знаю, Дэниэл. Мне трудно вспомнить. Я был в отеле, в номере была собака. Картина с собакой. Мне кто-то помог, дал денег и отправил сюда. Или мне дали денег в баре.

— Кто?

— Какие-то люди. Мне правда тяжело, Дэниэл. — От напряжения лицо Салли покраснело, а на лбу появились морщины. Его правая кисть то расслаблялась, то сжималась в кулак, как будто от спазма.

— Ничего страшного, Салли. Поговорим потом. Тебе что-нибудь нужно? Может, воды?

Салли покачал головой.

— Салли, ты был прав, — сказал Руперт. — Я получил то, чего всегда хотел. Ты дал мне это. Важную историю. Правду, способную изменить мир. Мой старый учитель доктор Горски гордился бы нами. Теперь мы журналисты, а не дикторы.

Салли несколько раз моргнул и беззвучно пошевелил губами. Потом он закрыл глаза и прислонился головой к стене.

Руперт и Люсия сели на солому рядом с ним и долго молчали. Руперту не хотелось разговаривать. Еще утром его утешала мысль, что он на пути к свободе, но встреча с истерзанным и потерявшим память другом снова лишила Руперта покоя.

Позже появилась Виолетта и жестом пригласила Руперта и Люсию пойти с ней. Она привела их в комнату для шитья наверху, где был маленький видеоэкран.

— Хочу вам кое-что показать. Это крутят по всем каналам. Не волнуйтесь, мой племянник починил экран, вернее сказать сломал. Через него нельзя следить за нами. — Она включила экран, зашла на новостной сайт («Глобнет — Солт-Лейк-Сити») и нажала на мигающий значок «ТЕРРОРИСТИЧЕСКАЯ УГРОЗА».

На экране возник Руперт. Он выглядел совсем не так, как в выпусках новостей: немытый, с растрепанными волосами, щетиной на подбородке и распущенным галстуком. Он сидел на фоне китайского дракона с красной звездой во лбу. Техники на славу потрудились над видеоэффектами.

— Пора признать правду, — говорил цифровой Руперт. — Америка сокрушена и слаба. Америка падет. Мы должны сдаться на милость великой китайской цивилизации, которая на тысячи лет старше и мудрее нашей. Нам нужно перенять китайский образ жизни и молить Китай о прощении за преступления и провокации нашего преступного террористического правительства.

— Но это же не ты, — удивилась Люсия.

— Нет, но ведь в новостях врать не станут, — пошутил Руперт. — Судя по всему, они увидели наше интервью с Вестерли и придумали историю о том, что я предатель-террорист, враг Америки, и распространяю китайскую пропаганду. Они, конечно, не будут показывать настоящее видео, но заранее убеждают людей, что мне нельзя доверять. На случай, если кто-то увидит интервью.

— Все предусмотрели, — покачала головой Люсия.

— Мы в новостях называем это «мутить воду»: давать зрителям противоречивую информацию, чтобы они не знали, чему верить. Джордж Болдуин, куратор нашей студии из Департамента террора, называл это введением антител. Нужно создать много постороннего шума вокруг нежелательных фактов, вывернуть их по-своему, тогда утечка информации не страшна. Поэтому люди и верят правительству.

— Что за интервью вы обсуждаете? — спросила Виолетта. — Кто такой Вестерли?