Читаем Создатели полностью

Люсия подвинула к нему стул. Она собрала свои длинные черные волосы, чтобы они не падали на лицо.

— Ты ведь слышал о психологических операциях? — спросила она Руперта, сев к нему лицом. — Их проводят военные, разведчики и политики.

— Да, — ответил Руперт. — Это когда разбрасывают листовки на вражеской территории. — Он задумался о своей работе. — Или придумывают сюжеты для новостей.

— Ну, конечно, — сказала Люсия, закатив глаза. — В Первую мировую так и делали.

— А что еще? — спросил Руперт. — Ты имеешь в виду церкви?

— Ты должен понимать, что ни одно правительство не держится только за счет насилия, — сказал доктор Смит. — Население, по крайней мере значительная его часть, должно считать правительство легитимным. Мы подсчитали, что одной трети граждан достаточно, чтобы установить над страной полный контроль, если оставшиеся две трети ссорятся и не могут договориться. Естественно, в идеале правительству нужна поддержка большинства, но ее невозможно обеспечивать на протяжении долгого времени.

— Кажется, я не понимаю, — сказал Руперт. Он наблюдал, как на мониторе инструмент задел какое-то вздутие, возможно, мышцу.

— Мне как-то привели такой пример, — попыталась объяснить Люсия: — Чем король отличается от полевого командира?

— Что? — не понял Руперт.

— Это загадка.

— Не знаю. Король носит корону?

— Почти угадал, — заметил доктор Смит.

— У короля есть священники, которые поддерживают безумную идею о том, что он король и ему положено подчиняться, — объяснила Люсия.

— А у полевого командира? — спросил Руперт.

— У него просто мужики с оружием.

— Это вопрос легитимности, — пояснил доктор Смит. — Власть либо дарована богами, либо взята силой через кровопролитие. Священники, которые помогают правителям, и сами становятся богатыми и влиятельными. Они процветают в такой системе.

— Вы говорите, что Новые Церкви занимаются пропагандой, но это очевидно, — сказал Руперт.

— Ты не понимаешь, — ответил доктор Смит. — В древние времена церкви было достаточно, чтобы сделать власть короля легитимной. Но, чтобы удержать власть в современном мире, нужно много работать с информацией. Как ты заметил, нужны священники, но еще нужны пиарщики, историки, издатели, журналисты, учителя. Нужна эта нелепая канитель с выборами. Публичные ритуалы, которые нужны, чтобы обывателям казалось, будто они что-то решают. Задержи дыхание и не шевелись.

Руперт услышал где-то сзади механический стук, потом шипение и хлюпанье возле собственной головы.

— Не двигайся, — сказал доктор Смит. — Во время войны у правителя есть две цели, связанные с общественным мнением: добиться поддержки собственного населения и внести раскол в стан врага. Мы провели грандиозное исследование на эту тему. Со временем перестаешь видеть разницу между своими гражданами и врагами, потому что цель всегда одна — обеспечить себе поддержку и вызвать ненависть к врагу.

Мы научились вести информационную войну. Мы нашли способы подчинять и контролировать все общественные институты, связанные с информацией. Помимо журналистов нас интересовали учителя и священники, ведь они способны прочно внушить людям нужные идеи. Мы научились использовать существующие в культуре мифы, потому что их, в отличие от фактов, можно вывернуть как потребуется кому-то. Посмотрим, что у нас тут. Ты можешь сесть.

Руперт сел и повернулся к доктору Смиту. На столе лежал длинный тонкий шланг, подключенный к дребезжащему прибору, которым Смит пользовался во время операции. Металлическая головка шланга была в крови Руперта. Доктор Смит достал из прибора капсулу и протянул ему.

Внутри, на самом дне капсулы, лежала узкая проволочная спираль, испачканная в крови. Она была не шире ногтя на мизинце Дэниэла.

— Он еще работает, — сказал доктор Смит. — Люсия, займешься?

Люсия положила капсулу в контейнер на краю столешницы, взяла пипетку и выдавила струйку прозрачной жидкости. Устройство задымилось.

— Это кислота, — объяснила она Руперту. — Чтобы точно уничтожить эту штуку. — Она закупорила капсулу с плавящимся передатчиком.

— Вы в этом участвовали? — спросил Руперт доктора Смита, который по-прежнему сидел рядом с ним на низком стуле. — Вы все время повторяли «мы».

— Да. — Доктор Смит снял заостренную головку с лапароскопического шланга, открыл низкий кухонный шкаф и сунул шланг в пустое ведро из-под краски. — Была одна проблема. Мы проводили такие операции независимо друг от друга. У всех были свои отдельные цели: у разведки, у военных, у дипломатов. Политики тоже не отставали. Психологические операции пересекались, и последствия оказывались непредсказуемыми. Поначалу эта работа была неупорядоченной, понимаешь? Плохо скоординированной.

Руперт кивнул.

— Жидкую кожу, — сказал доктор Смит, — и повязку. — Люсия принесла, что он попросил. — Повернись, я тебя заштопаю.

Руперт повернулся. Спина по-прежнему ничего не чувствовала, и ему не было больно, пока доктор зашивал рану.