Читаем Создатели полностью

— Замолчи, — Мэдлин отвернулась. — Смотри, чтобы тебе в печенье не подсунули агитку вместо предсказания. Ладно, твоя взяла. Но мы идем в китайский ресторан в последний раз. Я не хочу быть плохой американкой.

Руперт за два квартала увидел гигантского дракона, изогнувшегося на крыше ресторана алой чешуйчатой дугой. Дракон Счастливчик был талисманом ресторана и приманкой для туристов. Его сощуренные глаза были едва приоткрыты, а челюсти растянулись в улыбке, как будто кто-то только что шепнул ему на ухо самую уморительную шутку на свете. Сегодня из ноздрей дракона клубился пар. На китайские и американские праздники Хань клали ему в нос сухой лед.

— Что у нас сегодня? — спросил Руперт.

— Воскресенье.

— Нет, я имею в виду…

— Восьмое апреля. А что?

— Наверное, какой-то китайский праздник.

Мэдлин посмотрела на дым, валивший из утробы дракона. Ее губы скривились:

— Мы не можем есть китайскую еду на коммунистический праздник.

— Он не обязательно коммунистический… — Дэниэл замолчал. Они встали на светофоре в квартале от «Хохочущего дракона», и Дэниэл увидел нечто странное. Счастливчик выдыхал не белые струйки пара от сухого льда, а облака черного дыма и копоти.

Загорелся зеленый, они проехали вперед и увидели ресторан под брюхом дракона: панорамные окна из зеркального стекла разбиты, витиевато украшенные двойные двери сорваны с петель и брошены в сторону. Здание полыхало.

— О, господи, — прошептала Мэдлин. — Дэниэл, поезжай. Не останавливайся здесь.

— Я стараюсь, — отозвался Дэниэл, но поток машин и красный сигнал светофора заперли их на месте.

Дэниэл узнал три черных фургона без опознавательных знаков, припаркованных на стоянке «Хохочущего дракона», и вздрогнул. Из горящего ресторана показалась семья Хань, четыре поколения — от девяностолетней бабушки Вен до ее семилетнего внука Габриэля. Всего их было восемнадцать человек. Они выходили, держа руки за головами, под прицелами погромщиков.

Лица нападавших были скрыты черными тряпичными масками с вышитым на лбу американским флагом. Похоже, это была одна из бригад освобождения. После Колумбуса ополченцы из числа радикальных патриотов создали разрозненную сеть таких организаций по всей стране. Сначала они забрасывали бомбами мечети и совершали налеты на мусульманские культурные центры. Когда Департамент террора очистил Америку от большинства мусульман, упрятав их в особые тюрьмы, бригады освобождения стали преследовать нелегальных иммигрантов из Латинской Америки и других «подозрительных».

Бригады иногда публиковали видеоманифесты. В них мужчина в маске обычно заявлял, что члены бригад — истинные американцы, «очищающие страну» от скверного иностранного влияния. Бригады не были государственными организациями, и полиция иногда осуждала их действия, но Руперт ни разу не слышал, чтобы кого-то из них арестовали за совершенные преступления.

Ополченцы заставили семью Хань встать на колени в ряд лицом к дороге. Многие китайцы рыдали в голос, только старуха Вен не показывала эмоций, ее морщинистое лицо было твердым и непроницаемым.

Мама малыша Габриэля со слезами потянулась к сыну, но двое мужчин в масках рывком вернули ее на место. Один из них достал из-за пояса пистолет, прижал к затылку женщины и выстрелил.

— О, господи! — Мэдлин отвернулась, закрыв глаза руками. Руперту тоже хотелось отвернуться, но вместо этого он смотрел, как мужчина в маске проходит мимо сидящих людей и убивает их одного за другим. Их головы взрывались, и вокруг разлетались брызги крови. Руперту не верилось, что это происходит наяву.

— Мы едем? Почему мы не движемся?! — закричала Мэдлин.

Дэниэл посмотрел вперед и увидел, что вереница машин, стоявших перед ними, разъехалась и дорога свободна. Обычно в таких случаях водители, стоявшие сзади, начинали сигналить, но Руперт понимал, что сейчас никому не хотелось привлекать внимание бригады освобождения. Он надавил на газ.

Через несколько минут Мэдлин прошептала:

— Похоже, я была права.

— Насчет чего?

— Насчет семьи Хань. Наверное, они все-таки оказались спящей ячейкой, да? — Ее глаза приняли странное выражение. — Они были китайскими шпионами. Империалистами.

— Мы не знаем.

— Бригада освобождения не стала бы просто так убивать невинных людей у всех на виду.

— Бригады освобождения не знают, кто шпион, а кто нет.

— С чего ты взял? — Мэдлин подобралась и расправила плечи. Она опустила солнечный козырек и поправила прическу перед зеркалом. — Бригады освобождения чаще всего вправду защищают нас. Об этом не принято говорить, но это так. Они оберегают обычных людей.

— Милая…

— Они оберегают добропорядочных граждан, — повторила Мэдлин. — Дают нам защиту и свободу. Уверена, что китайцы были шпионами коммунистов. Этот здоровенный красный дракон. Они подслушивали наши разговоры все эти годы, пока мы жевали их мерзкий жирный рис. Подумай об этом.