Читаем Создание империи полностью

Но так долго сдерживаемая страсть к наслаждениям проявилась в грубых и животных аппетитах: обжорстве, чувственности, тщеславии, потребности сильных эмоций, чванстве ценными предметами и швырянии денег с целью показать, что они есть, и в глупой и грубой роскоши выскочек. Искусный повар ценился в Риме невероятно дорого;[43] прежние умеренные обеды превратились в бесконечные банкеты, для которых разыскивались самые редкие лакомства, вина из Греции, сосиски и соленые рыбы с Понта.[44] Тонкое искусство откармливать птицу было перенесено из Греции в Италию;[45] граждане стали показываться в пьяном виде в народных собраниях; магистраты, пошатываясь, с блестящими глазами шли на форум и время от времени прерывали свои занятия, подбегая к амфорам, расставленным по приказу эдилов в укромных местах на улицах и площадях.[46] Красивые рабыни и красивые мальчики стоили очень дорого.[47] Распутство так распространилось, что в 186 г. сенат должен был принять меры против беспорядков во время вакханалий, а в 181 г. утверждает lex Orchia против кутежей. Восточные культы, распущенные и возбуждающие, получили распространение;[48] не только публика средних классов получила вкус к переводам и переделкам греческих комедий, но даже в древние простые и слишком редкие латинские праздники были внесены грубые зрелища, например, охота на диких зверей[49] и гладиаторские игры на похоронах.[50] Lex Oppia, направленный против роскоши, был отменен.[51] Восточные товары: благовония, вавилонские ковры, мебель, инкрустированная золотом и слоновой костью, покупались римскими выскочками за баснословную цену.[52] Естественно, что более мелкие города подражали метрополии по мере своих средств, точно так же, как мелкая местная знать копировала всевозрастающую пышность римских вельмож, теснясь, подобно им, на празднествах и играх. Таким образом, умбрийский или апулийский земледелец возвращался домой после войн в богатых странах Востока, как возвращаются наши крестьяне после отбывания воинской повинности, с большими желаниями и потребностями. Многие получали отвращение к тяжелой работе, столь дорогой их отцам; можно было видеть солдат, отправлявшихся на войну в сопровождении слуги, который нес их багаж и приготовлял им обед;[53] мелкие собственники покупали рабов, чтобы меньше трудиться самим.

Рост торговли

Но эти новые потребности и эта роскошь средних и богатых классов, в свою очередь, доставляли в Риме и в Италии работу ремесленникам и обогащали мелких и крупных капиталистов. Многие римляне и италики, посетившие в качестве солдат или военных поставщиков чужие страны и ознакомившиеся с их богатствами, были вовлечены в торговлю благодаря обилию капиталов, всевозрастающему потреблению в Италии азиатских продуктов и могуществу Рима на Средиземном море. Многие из них продавали отцовское поле и покупали судно; некоторые — преимущественно, как кажется, жители южной Италии — стали селиться после 192 г. на Делосе и открывали там склады азиатских товаров для покупателей, приезжавших из Италии и нагружавших разными предметами свои корабли; для них удобнее было приставать на Делосе, чем на Родосе или в Коринфе.[54] Другие же занялись торговлей между Делосом и Римом или в западной половине Средиземного моря. На италийских берегах появилось много маленьких верфей; общественные леса Силы, где добывалась корабельная смола, стали сдаваться на откуп за большую сумму;[55] даже члены сенаторской знати участвовали в прибыли от этой морской торговли, давая в долг римским гражданам или вольноотпущенникам капиталы, необходимые для их предприятий.[56]

Ее влияние на капитал