Читаем Совсем другая тень полностью

От еды Вадим Павлович отказался. Что касается Азизова, он страдал тяжелой формой сахарного диабета, поэтому ел много и часто. Азизову только что исполнилось пятьдесят пять. Он был толстеньким коротышкой, круглоголовым, с полуседой шевелюрой и иссиня-черными восточными глазами навыкате. В жизни Азизова давно уже интересовало только "дело". Да еще, пожалуй, еда. Поскольку умение разбираться в людях тоже входило в "дело", сейчас, при третьей встрече, Азизов перебирал все, что помогло бы выявить истинную суть Вадима Павловича. Да, постепенно он приходил к выводу: похоже, это блатняк*. И совсем не исключено, что не просто блатняк, а вор в законе. Хотя и выглядит мирнее мирного: лет под шестьдесят, лысоватый, обрюзгший, с постоянно опущенными подслеповатыми глазами. Впрочем, внешность Вадима Павловича Азизова особенно не интересовала. После первой встречи с этим человеком Азизов убедился: ему можно доверять. Вадим Павлович знал тех, с кем он имел дело раньше. При этом знал многое о нем самом. Но главное, "дело", которое они с Вадимом Павловичем обговорили, его вполне устраивало. И сейчас это дело должно подойти к концу. Должно, подумал Азизов. Это еще не значит, что оно на самом деле подойдет к концу.

______________

* Блатняк (вор. жарг.) - лицо, побывавшее в заключении и имеющее отношение к преступному миру.

Посмотрел на гостя:

- Может, все же кусочек хачапури?

Вадим Павлович покачал головой:

- Не хочу. Вы ешьте.

- Ну, смотрите, - Азизов взял кусок хачапури, теплого, истекающего маслом. Помешал ложечкой кофе, сделал глоток, и в это время зазвонил телефон. Азизов сделал еще один глоток, снял трубку:

- Слушаю?

- Роберт Арутюнович, это я... Ашот.

Азизов хорошо знал голос говорившего, это был один из самых верных его подручных. Отлично понял Азизов и причину заминки, настоящее имя Ашота было Дереник. Но для Вадима Павловича и его людей Дереник должен был стать Ашотом.

Азизов положил хачапури. Сказал:

- Да, Ашот, слушаю. Что там?

- Вроде, они приехали. Стоят там, где договорились.

- Точно они?

- Вроде. Стоят на условленном месте. Ну, а там... Я ведь не знаю, какой должен быть номер.

- А у этих какой?

- Московский. Шестьдесят шесть пятнадцать.

- Подожди, не вешай трубку... - Посмотрел на Вадима Павловича: - Какой у них номер?

Вадим Павлович усмехнулся:

- Что, приехали?

- Кажется, да.

- Номер прицепной фуры шестьдесят шесть пятнадцать. Эм-ша. Спросите, сколько там человек. И как выглядят.

- Сейчас... Ашотик, сколько людей в кабине?

- Двое. Обоим лет под тридцать, один блондин, волосы длинные, второй потемней, лысоват.

- Понятно. - Азизов опять посмотрел на Вадима Павловича: - Номер, какой вы сказали. В кабине сидят двое. Обоим лет под тридцать, один блондин, второй потемней. Лысоватый. Они?

Вадим Павлович помолчал, изучая пол. Шевельнулся:

- Они. Но сделаем, как договаривались. Не будем спешить. Надо на них посмотреть.

- Понял. - Бросил в трубку: - Ашотик, приезжай за нами. Хорошо?

- Хорошо. Буду через пять минут.

Вместе с Вадимом Павловичем Азизов вышел на улицу. Через пять минут они сели в затормозившую у тротуара белую девятку. За рулем сидел смуглый крепыш, мускулистый торс обтягивала синяя футболка.

Крепыш обернулся к Вадиму Павловичу:

- Здравствуйте. Меня зовут Ашот.

Глаз Вадим Павлович так и не поднял, только что-то буркнул. Азизов, поймав быстрый взгляд Ашота, тихо, как в пустоту, сказал:

- Ашот, ты Гизо звонил?

- Он ждет. Едем туда?

- Едем.

Ашот мягко тронул ручку скорости. Через несколько минут белая девятка въехала на улицу Чачкалия со стороны моря. Остановилась у углового дома, того самого, с другой стороны которого стоял трейлер.

Азизов кивнул:

- Приехали. Нам сюда.

Азизов вышел из машины первым, за ним Вадим Павлович и последним Ашот. Тройка двинулась к калитке, оказавшейся открытой. За ней стоял хозяин, человек лет сорока.

- Здравствуйте, гости дорогие, здравствуйте. Роберт Арутюнович, вы знаете, куда. Проходите.

Все трое поднялись по узорной деревянной лестнице, вошли в дом, прошли коридором мимо нескольких комнат и остановились наконец в небольшом помещении. Из-за зашторенных окон в помещении было темно, но, судя по всему, это была спальня.

Азизов посмотрел на Вадима Павловича, предупредил:

- Учтите, окно прямо перед машиной.

Вадим Павлович осторожно отогнул край шторы. Кабина стоящего у тротуара трейлера оказалась совсем близко. Вгляделся - оба водителя сидят, закинув головы на спинку сиденья. Лица выражают примерно одно и то же: бесстрастное ожидание с легкой примесью настороженности.

- Они? - спросил Азизов.

- Они. - Вадим Павлович прикрыл штору. - Действуем, как договорились. Условия помните?

- Разумеется. Они не узнают, что вы здесь. Мы поедем сейчас к Ашоту. А Ашот подвезет их минут через десять к своему гаражу. У него гараж рядом с домом. Из окна виден. В общем все, как и договаривались. Устроит?

- Устроит.

- Ашот, из кабины пусть не выходят. Понял?

- Поезжайте, Роберт Арутюнович. Я их привезу.

Сдача товара