Читаем Современный словарь полностью

Фильдинг Генри

Современный словарь

Генри Фильдинг

Современный словарь

Перевод Ю. Кагарлицкого

- Nanum cujusdam Atlanta vocamus:

AEthiopem Cygnum: parvatn extortamque puellam,

Europen. Canibus pi gris Scabieque vetusta

Loevibus, et sicoe lambentibus ora lucernoe

Namen erit Pardus, Tigris, Leo; si quid adhuc est

Quod fremat in Terris violentius {*}.

Jav., Sat., VIII

{* Правда, и карлика мы иногда называем Атлантом,

Лебедем негра зовем, хромую девчонку - Европой;

А у ленивых собак, с плешинами, вовсе паршивых,

Лижущих край фонаря, в котором нет уже масла,

Кличка бывает и Барс, и Тигр, и Лев, и еще там,

Кто погромче рычит на зверей.

Ювенал*. Сатиры, VIII [стихи 32-37].}

В каждом языке, говорил Локк, нетрудно обнаружить ряд слов, которые ни в первоначальном своем смысле, ни в общепринятом не выражают какой-нибудь определенной и ясной идеи *. В качестве примера Локк приводит слова: "мудрость", "слава", "обходительность". "Они на устах у каждого, - говорит он, - но из великого множества людей, употребляющих эти слова, любой станет в тупик и не найдется, что ответить, если его попросят растолковать их значение; это ясно доказывает, что, хотя затверженные звуки привычно слетают с уст говорящего, он сам не представляет себе, какой смысл в них вкладывает".

Помимо названных великим философом причин неверного употребления слов, существует еще одна, им упущенная, которая, однако, немало усугубила это огромное зло. Заключается она в том, что богословы и моралисты присвоили себе право совершать насилие над некоторыми словами, дабы подчинить их своим собственным измышлениям, и употребляют их в смысле, прямо противоположном тому, который закрепил за ними обычай - этот, согласно Горацию, верховный властелин и законодатель всех видов речи *.

Но, возможно, подобная погрешность заслуживает снисхождения (я склонен относиться снисходительно к такого рода авторам). Может быть, она проистекает не из какого-либо намеренного пренебрежения обычаем, а из полного с ним незнакомства, неизбежно порождаемого пребыванием в университете; в последнем же обстоятельстве всякий признается не краснея.

Но, в чем бы ни крылась причина неверного словоупотребления, последствия его остаются весьма печальными. Пока автор и публика по-разному понимают одно и то же слово, им довольно трудно уразуметь друг друга; может быть, именно это отвратило столь многих леди и джентльменов от сочинений, трактующих вопросы религии и этики, а равно повело к тому, что иные читали эти книги всю жизнь, не понимая, что читают, и, следовательно, не извлекли из них никакой для себя пользы.

Объяснить ряд трудных слов, часто встречающихся в сочинениях Бэрроу, Тиллотсона, Кларка * и им подобных, - задача, достойная великого комментатора. Есть все основания полагать, что такие слова, как "небеса", "ад", "божья кара", "праведность", "грех" и некоторые другие, сейчас понятны лишь очень немногим.

Я не могу, по крайней мере в настоящее время, принять на себя подобный труд и в оставшейся части этого листа * постараюсь помочь самим писателям. Я дам здесь краткий перечень употребительных ныне выражений и постараюсь установить, с какими представлениями каждое из них связывают в обществе, ибо, пока те, кто учился в университетских колледжах вкладывают в эти слова, сколь я могу судить, совсем иной смысл, их труды вряд ли принесут много пользы светским леди и джентльменам.

Автор - предмет насмешек. Под этим словом разумеют человека бедного, всеми презираемого.

Ангел - женщина, обычно прескверная.

Богатство - единственная поистине ценная и желанная вещь на свете.

Брак - вид торговой сделки, заключаемой между представителями обоих полов, причем стороны постоянно пытаются надуть друг друга, и обычно обе остаются в проигрыше.

Валет - не более как название игральной карты (например, червонный валет).

Величие - в отношении неодушевленного предмета означает величину оного, в применении к человеку нередко означает низость и ничтожество.

Вкус - любой очередной каприз лондонской моды.

Возможность - подходящий момент наставить рога.

Воскресение - лучшее время для игры в карты.

Галантность - прелюбодейство и супружеские измены.

Греховность - забавы, шутки, веселье.

Добро - слово, имеющее так же много значений, как и греческое или латинское ago {Первое значение указанных слов: "имею" и "веду".}; в свете оно поэтому не очень в ходу.

Докучать - давать советы, особенно когда они исходят от мужа.

Достоинство - власть, чины, богатство.

Мудрость - уменье добиться всего этого.

Дурак - сложное понятие, включающее бедность, честность, благочестие и простоту.

Еда - наука.

Знание - обычно означает осведомленность в городских сплетнях; во всяком случае это единственное, что является предметом светских разговоров.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное
Обитель
Обитель

Захар Прилепин — прозаик, публицист, музыкант, обладатель премий «Национальный бестселлер», «СуперНацБест» и «Ясная Поляна»… Известность ему принесли романы «Патологии» (о войне в Чечне) и «Санькя»(о молодых нацболах), «пацанские» рассказы — «Грех» и «Ботинки, полные горячей водкой». В новом романе «Обитель» писатель обращается к другому времени и другому опыту.Соловки, конец двадцатых годов. Широкое полотно босховского размаха, с десятками персонажей, с отчетливыми следами прошлого и отблесками гроз будущего — и целая жизнь, уместившаяся в одну осень. Молодой человек двадцати семи лет от роду, оказавшийся в лагере. Величественная природа — и клубок человеческих судеб, где невозможно отличить палачей от жертв. Трагическая история одной любви — и история всей страны с ее болью, кровью, ненавистью, отраженная в Соловецком острове, как в зеркале.

Захар Прилепин

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Роман / Современная проза