Читаем Советская Голгофа Святителя Луки. Размышления о столетии Октябрьского переворота 1917 года полностью

Эти архивные материалы опровергают и измышления М.Поповского об антисемитизме главы Фатежской земской управы [30, стр.57]. Как уже знает читатель, Санитарные Советы Фатежского, как и других уездов, проводились Председателем земской управы Ф.А.Полторацким, а не Татезатулом. Если бы Председатель земской управы был антисемитом, то он на дух не подпустил бы евреев-врачей и фельдшериц в свой уезд. Факты говорят как раз об обратном: только он одном заседании Фатежского Санитарного Совета 11 марта 1906 года были рассмотрены кадровые вопросы 6 евреев: врачей Гордона, Кона, Френкеля, Баклановского и акушерок Кагель-Махер и Саевич. И как везде, ошибочное датирование событий. На стр.58 Поповский пишет:«.. осенью 1908 года, в те самые дни, когда разыгрался скандал (в Фатеже- ВАЛ.)…» [30]. Поповский ошибся почти на год, ибо из Фатежа Валентин Феликсович уехал в начале 1908 года: «…в архивном фонде Курской области, находящемся на хранении в Государственном архиве Курской области имеются документы, отражающие период жизни и деятельности Войно-Ясенецкого В.Ф. в Фатежском уезде в должности земского врача с октября 1905 г. по октябрь 1907 года». [130].

Революция 1905–1906 годов, начавшаяся кровавым воскресеньем 9 января 1905 года в Петербурге, застала В.Ф.Войно-Ясенецкого под Читой в военно-полевом госпитале. В условиях войны действовала военная цензура, поэтому даже информация о событиях и сообщения о стачках в Чите и на Нерчинских рудниках доходили до воинских частей и госпиталей крайне обрывочно и скупо. Прямые оценки Валентина Феликсовича революции 1905 года отсутствуют. Хотя его поздненародническое мировоззрение (малые практические действия и шаги) позволяют предположить о сочувственном отношении к взрывам народного недовольства в виде крестьянских бунтов и промышленных стачек. В то же время, как глубоко верующий человек и врач, он не мог принять и понять практику революционного террора, как не мог принять и расстрел мирной демонстрации царскими властями 9 января 1905 года. О провокационном характере этой демонстрации он, конечно, не знал.

О разгуле терроризма в России в те годы лучше всего сказал премьер-министр П.А.Столыпин в беседе с французским журналистом Гастоном Дрю: «Не стоит забывать, что революционное движение было ужасным, совершенные преступления кошмарными, что возбужденные анархической пропагандой даже дети становились убийцами. Известны случаи, когда 14-летний мальчик убил своего профессора только за то, что тот отказался принять у него экзамен, а 15-летняя девочка, возбужденная революционными призывами, посреди улицы застрелила из револьвера офицера… Знаете ли Вы, насколько увеличилось в 1906, 1907, 1908 и 1909 годах случаев бандитизма и террористических актов, совершенных в империи? В 1906 г. на 4742, они стоили жизни 738 чиновникам и 640 частным лицам; еще 948 чиновников и 777 частных лиц было ранено. В 1907 году – 12102 случая бандитизма и теракта. Результат – 1231 чиновник убит, 1734 – ранено. Из Госучреждений и у частных лиц украдено 2,771 млн. рублей.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Айвазовский
Айвазовский

Иван Константинович Айвазовский — всемирно известный маринист, представитель «золотого века» отечественной культуры, один из немногих художников России, снискавший громкую мировую славу. Автор около шести тысяч произведений, участник более ста двадцати выставок, кавалер многих российских и иностранных орденов, он находил время и для обширной общественной, просветительской, благотворительной деятельности. Путешествия по странам Западной Европы, поездки в Турцию и на Кавказ стали важными вехами его творческого пути, но все же вдохновение он черпал прежде всего в родной Феодосии. Творческие замыслы, вдохновение, душевный отдых и стремление к новым свершениям даровало ему Черное море, которому он посвятил свой талант. Две стихии — морская и живописная — воспринимались им нераздельно, как неизменный исток творчества, сопутствовали его жизненному пути, его разочарованиям и успехам, бурям и штилям, сопровождая стремление истинного художника — служить Искусству и Отечеству.

Юлия Игоревна Андреева , Надежда Семеновна Григорович , Лев Арнольдович Вагнер , Екатерина Александровна Скоробогачева , Екатерина Скоробогачева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное
100 Великих Феноменов
100 Великих Феноменов

На свете есть немало людей, сильно отличающихся от нас. Чаще всего они обладают даром целительства, реже — предвидения, иногда — теми способностями, объяснить которые наука пока не может, хотя и не отказывается от их изучения. Особая категория людей-феноменов демонстрирует свои сверхъестественные дарования на эстрадных подмостках, цирковых аренах, а теперь и в телемостах, вызывая у публики восторг, восхищение и удивление. Рядовые зрители готовы объявить увиденное волшебством. Отзывы учёных более чем сдержанны — им всё нужно проверить в своих лабораториях.Эта книга повествует о наиболее значительных людях-феноменах, оставивших заметный след в истории сверхъестественного. Тайны их уникальных способностей и возможностей не раскрыты и по сей день.

Николай Николаевич Непомнящий

Биографии и Мемуары
След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное