Читаем Соверен полностью

Сэр Джейкоб кивнул, позволяя мне говорить. Я торопливо сообщил о причинах враждебности, которую питал ко мне Рич, о том, как он видел меня у шатра королевы и, позднее, на улице — в обществе Дерема. Пояснил я также, что Дерем отнюдь не удостаивал меня своим расположением, напротив, преследовал насмешками. Перед тем как сообщить, что повод для этих насмешек подал сам король, во всеуслышание отпустивший на мой счет глумливую остроту, я слегка замешкался. Замешательство мое не ускользнуло от взора поднаторевшего на допросах сэра Джейкоба. Он заглянул в одну из бумаг, лежавших у него на столе, и осведомился:

— Так какое дело привело вас в шатер королевы в Хоулме?

К счастью, я тоже поднаторел в своем ремесле законника и приучился быстро находить ответы на самые рискованные вопросы.

— Дело это касалось одной молодой девицы, которая состоит в услужении у королевы, — без запинки отрапортовал я. — Ее имя Тамазин Ридбурн, и она состоит в связи с моим клерком, Джеком Бараком. Леди Рочфорд проведала об этом и доложила королеве.

Сэр Джейкоб нахмурился, потом разразился хохотом — снисходительным хохотом мудрого учителя, который уличил во лжи изворотливого ученика.

— Неужели королева так заботится о нравственности своих служанок? — недоверчиво вопросил он.

— Я не знаю, по какой причине королеве было угодно принять прегрешение Тамазин Ридбурн столь близко к сердцу, — пожал я плечами. — Одно могу сказать — обвинение, выстроенное против меня сэром Ричардом Ричем, строится лишь на тех незначительных фактах, о которых я только что имел честь вам сообщить. Не могу поверить, что эти ничтожные обстоятельства оказались единственной причиной моего заключения в Тауэр.

— Напрасно вы полагаете, что обвинение против вас основано на столь уж ничтожных обстоятельствах, — усмехнулся сэр Джейкоб. — Мы располагаем весьма серьезными свидетельствами. Например, в докладе сэра Уильяма Малеверера говорится о том, что один достойный доверия клерк слышал обрывок разговора, произошедшего в трапезной между вами и Франциском Деремом. Так вот, вы выразили радость по поводу того, что королева неверна своему царственному супругу. Заявили, что король получил по заслугам. И даже поблагодарили Дерема, который, по вашим словам, отплатил королю за унижение, пережитое вам в Фулфорде.

— Все это наглая и бессовестная ложь! — возопил я. — Если этот клерк действительно существует, я догадываюсь, кто его всесильный патрон. Сэр Ричард Рич.

— Ошибаетесь, — покачал головой сэр Джейкоб, и губы его вновь тронула снисходительная улыбка. — Клерк, который счел своим долгом сообщить о ваших недопустимых речах, служит мастеру Саймону Крейку.

— Значит, Рич заплатил этому человеку. Прошу вас, поговорите с ним. С его помощью Рич ввел архиепископа Кранмера в заблуждение.

— Да почему сэр Ричард Рич не сходит у вас с языка? Я же сказал: доклад, послуживший причиной вашего ареста, исходит от сэра Уильяма Малеверера.

— Они с Ричем — одна шайка, — заявил я, более не церемонясь в выражениях. — Прошу вас, допросите клерка, который меня оболгал.

«Наверняка этот чертов клерк пошел на клевету с ведома своего патрона, — мысленно добавил я. — Что ж, удивляться этому не приходится. У Крейка есть веская причина выполнять все требования Рича».

— А теперь перейдем к мастеру Бараку и мистрис Ридбурн, — сказал сэр Джейкоб, вновь заглянув в свои бумаги. — Вчера они принесли вам еду и одежду. Мастер Барак посетил вас, и, согласно донесению тюремщика, вы о чем-то беседовали вполголоса, явно не желая быть услышанными.

— Сэр, неужели на моем месте вы говорили бы в полный голос?

— Я никогда не окажусь на вашем месте, — отрезал сэр Джейкоб.

— Уверен, рассказ клерка на многое прольет свет, — вновь принялся я за свое. — Поиски его не займут много времени. Я здесь уже два дня, и, полагаю, столь незначительное промедление…

Сэр Джейкоб, приложив палец к тонким губам, сделал мне знак молчать и погрузился в задумчивость. Я наблюдал за ним с замиранием сердца. Но он отрицательно покачал головой.

— Я не собираюсь идти у вас на поводу. Напрасно вы пытаетесь отвести мне глаза. Я всегда чувствую, когда заключенный что-то скрывает.

— Сэр Джейкоб, я…

— Довольно уверток! — гневно возвысил голос сэр Джейкоб. — Вы упустили предоставленную вам возможность. Сейчас вас отведут в камеру, и там вы увидите, что стало с Редвинтером. Возможно, завтра, когда вы окажетесь перед орудиями пыток, действие которых испытал на себе ваш сосед, в вас проснется искренность.

Сердце мое ушло в пятки.

— Сэр Джейкоб, прошу вас, подождите…

— Я имею обыкновение действовать без проволочек. И у меня было множество случаев убедиться, что пытка — это самое надежное средство узнать правду.

Я вновь спустился по лестнице, прошел мимо двери, из-за которой доносились беззаботные голоса и хохот солдат. Внизу, в сыром и темном коридоре, меня ожидали оба тюремщика. Толстяк укоризненно покачал головой.