Читаем Сотник Лонгин полностью

– А что ты мне посоветуешь? – вздохнул Иегуда. – Через два дня в город войдут римляне. Нам придется либо отступить, либо укрыться за стенами и приготовиться к длительной осаде. Как долго нам удастся сдерживать их натиск? Да это и неважно. Исход будет предрешен изначально… – он умолк на некоторое время, затем продолжил. – Здесь, в городе, Биньямин, мы чересчур уязвимы, а если уйдем в горы, мы сможем навязать им свою войну. Римлян можно бить, и Афронг доказал это. Они всего лишь люди, которые возомнили себя хозяевами мира… – он мрачно качнул головой. – Но только Адонай – владыка на земле и на небе!

***

В полдень внутренний двор Храма был полон народа. Люди перешептывались, строя догадки, что хочет сказать им Машиах. Но никто не знал настоящего ответа. Иегуда появился в том же скромном облачении, в котором он впервые выступил перед народом два месяца назад. Теперь он поднялся на возвышение, с которого еще совсем недавно Архелай разбрасывал свои обещания. Все ждали от него прежних пламенных речей. Но на этот раз Иегуда долго молчал, с тоской взирая на собравшийся народ и чувствуя, каких слов ждут от него люди.

– Мои братья и сестры, – наконец, начал Иегуда совсем необычным для царя образом. – Я горжусь тем, что принадлежу к народу иудейскому. Господь избрал нас среди других народов ради великой миссии – построить оплот Его Царства на Земле Обетованной. Мы не раз сбивались с пути, и тогда небеса карали нас, предавали в руки идолопоклонников. Но Господь недолго гневается. Всякий раз Он прощал нас и вызволял из неволи. Я верю, что и теперь у нас все получится. Мы справимся. Мы добудем себе свободу и сохраним свою веру. Приблизилось Царство Божие!

Толпа радостно подхватила его слова, и снова зазвучало: «Машиах!» Когда голоса стихли, Иегуда продолжил:

– Но ныне нам предстоят нелегкие дни. Вскоре в город войдут римляне, которым сейчас мы не готовы противостоять в открытом бою… У нас недостаточно сил, чтобы удержать город. Но борьба продолжится. Она будет долгой и кровавой. И окончится только тогда, когда на Земле Обетованной не останется ни одного иноземца. Сегодня… я ухожу, но, обещаю, что еще вернусь…

Он умолк, окинув взглядом пространство двора. Повисла гробовая тишина. В толпе послышались вздохи. Иегуда с трудом сдерживал рыдания, которые рвались из груди его. Никто не знает, каких усилий тогда, в тот момент, стоило ему сказать последующие слова:

– Друзья мои, не унывайте. Верьте в нашу победу. А пока… Когда придут римляне, чтобы обезопасить себя, вы должны сделать вид, будто вас все это время держали в заложниках. Мы – защитники ваши, но не бойтесь называть нас разбойниками. Мы – войско, но будет лучше, если римляне примут нас за разрозненные отряды, никому не подчиненные. Рано или поздно они потеряют бдительность, и тогда мы нанесем удар… Смертоносный удар. Мы будем бить их до тех пор, пока не уничтожим всех до единого. Может, для этого потребуются годы. Сохраните же свою ненависть и передайте ее детям вашим. И пусть они вольются в наши ряды и приблизят день победы. До сих пор три учения было у нашего народа: саддукеи, фарисеи (перушим) и ессеи. Отныне я полагаю начало новому течению – кананим (зелоты), ревностные борцы за свободу Израиля, готовые на самопожертвование во имя торжества Царства Божия. Отец, – обратился Иегуда к старцу Цадоку, глазами найдя его среди толпы, – в таком духе воспитывай наше юношество, которое продолжит дело, начатое нами…

Иегуда спустился с возвышения и, ни на кого не глядя, вышел со двора, нырнул в колоннаду и сбежал по ступенькам вниз, к подножию Храмовой горы, где его ждали Биньямин и несколько воинов из охраны. Люди стояли, как громом пораженные, а затем с криками и плачем бросились догонять человека, которого они почитали как Мессию и Царя Израиля.

Иегуда вскочил на коня и, не оглядываясь, во весь дух поскакал, пересекая Кедронскую долину с небольшим отрядом воинов. Люди глядели ему вослед, и у каждого сердце разрывалось от тоски и ощущения несбывшихся надежд. А вскоре с севера нагрянули римляне. Войско под командованием царедворца Шимона организованно отступило из-под крепости Иродова дворца и, разделившись на несколько отрядов, рассыпалось по горам…

Когда в Ерушалаим пришел Вар с легионами, выяснилось, что воевать-то не с кем. В городе не осталось ни одного вражеского солдата. Горожане прислали делегацию, которая изъявила полную покорность Риму и почтила его наместника дорогими подарками. Вар оказался в щекотливом положении. Дары он принял и обещал не наказывать город. Однако, зная, что Кесарь потребует от него отчета, он направил воинские отряды на поимку разбойников, которые подняли мятеж. Солдаты грабили селения, хватали бродяг и в кандалах приводили их к наместнику, выдавая за мятежников. Вар распорядился предать всех пойманных казни…