Читаем SOS! Любовь! полностью

Как-то раз он попросил меня одолжить ему двести пятьдесят евро, потому что у него украли банковскую карту. Я дала деньги, но дни шли, а возвращать долг он не собирался. Ситуация была достаточно щекотливой, он тратил деньги направо и налево, и требовать с него долг могло показаться с моей стороны скупердяйством. Правда, он гонял на «феррари», а я ездила на велосипеде и работала в колл-центре.

Через пару недель он снова попросил денег, и я снова, страшно смущаясь, дала, полагая, что потом он вернет всю сумму сразу. Только на третий раз я осмелилась сказать ему, что денег у меня больше нет и что я надеюсь получить с него долг, так как буквально осталась без средств к существованию.

– И как он это воспринял?

– Разрази меня гром! Ругался почем зря, сказал, что я жадная, мелочная, что мне должно быть стыдно и так далее. Достал пачку купюр и бросил мне в лицо. – Мне стало так обидно, что я заплакала.

– А что с деньгами?

– Он извинился, я сказала, что мне очень стыдно, а он сказал, что хотел бы еще какое-то время попользоваться моими деньгами, пока у него что-то там не разблокируется. За два месяца я отдала ему в общей сложности три тысячи евро.

– Кьяра! Надеюсь, вы ничего не подписывали?

– По правде говоря, чуть было не подписала. Он хотел сделать меня одним из учредителей нового проекта, который, по его словам, будет иметь огромный успех: мегамойка и автозаправка со стриптизершами. Я могла бы стать управляющей, если бы согласилась заложить бабушкин дом.

– Неужели вы…

– Нет, карабинеры нагрянули как раз в разгар финала Лиги чемпионов, когда «Милан» разгромил «Ювентус» со счетом три – два, гол со штрафного забил Шевченко. Я испытывала жалость, кажется, теперь я понимаю, почему сразу его не бросила.

– Потому что он напоминал вам отца?

– Я поражена, доктор Фолли, вы делаете огромные успехи!

– Спасибо, вы очень любезны.

Выходя после сеанса, оглядываюсь по сторонам – боюсь, что за мной следят.

После телефонного разговора с Барбарой я с минуты на минуту жду публичного наказания, оскорбительного и садистского, типа вывешенной в Facebook моей фотки в пятнадцатилетнем возрасте, с грудью четвертого размера, и подписью: «Не знакомьте ваших парней с этой женщиной».

В последнее время мне частенько встречается синий «фиат-пунто».

Возможно, это просто совпадение, но поскольку поток звонков и эсэмэсок от Андреа не прекращается, у меня закралось подозрение, что без него не обошлось.

Кажется, все в порядке, но тут консьерж за моей спиной во все горло затягивает: «В НЕГО ВЛЮБИЛАСЯ ТЫ ЗРЯ-А-А-А!» Еще немного – и меня хватит инфаркт; не оборачиваясь, выбегаю из подъезда на улицу.

Иду в студию к Паоло, в последнее время я часто у него бываю – времени свободного навалом.

Сложно смириться с мыслью, что я больше не работаю у Андреа, откровенно говоря, я даже еще не написала заявление об уходе, просто взяла две недели отпуска. Знаю, что это называется сидеть между двух стульев и что доктор Фолли не одобрил бы, но нужно как-то преодолеть разочарование.

По опыту знаю, что куда более сложные ситуации со временем теряют трагический ореол. Вероятно, это происходит потому, что из памяти стираются наиболее унизительные подробности.

Теперь сцена в офисе мне представляется иначе: перед глазами встает Андреа, та девушка, стоя перед ним на коленях, пришивает к его брюкам пуговицу. Я так и слышу, как Андреа говорит: «Интересно, что скажут, если увидят нас в таком виде… Ой, Кьяра, это совсем не то, что ты думаешь!»