Сэр Люциус. Итак, мы до вечера не увидимся. В случае чего известите меня. Я с удовольствием взял бы на себя честь передать ваш вызов, но, сказать по правде, мне, кажется, самому предстоит такое же дело. Есть тут один весельчак капитан, который позволил себе пошутить надо мной, задев честь моей родины. Я только жду встречи с ним, чтобы вызвать его.

Акр. Клянусь моей храбростью! Как бы я хотел, чтобы вы дрались первым! Ей-богу, я хотел бы видеть, как вы его убьете, хотя бы, чтоб получить живой урок.

Сэр Люциус. Весьма польщен быть вашим учителем в этом деле. Ну, пока до свидания. Но помните одно: когда встретитесь с противником, вы должны вести себя как можно вежливей и любезней. Пусть ваша храбрость будет подобна вашей шпаге – смертоносна, но отполирована до блеска.

Уходят в разные стороны.

«Соперники». Сэр Энтони Абсолют – М. Ладыгин

Драматический театр флота. Таллин. 1946

Действие четвертое

Картина первая

У Акра.

Акр и Дэвид.

Дэвид. Ну нет! Я бы этого ни за что на свете делать не стал. Вот вам крест, никакой сэр Люциус в мире не заставил бы меня драться, раз я этого не хочу. Ох, что-то скажет старая барыня, если узнает про это?

Акр. Ах, Дэвид, если б ты слышал сэра Люциуса! Клянусь искрами и пламенем, он бы и в тебе сумел зажечь мужество!

Дэвид. Никоим образом. Не выношу я таких ненасытных кровопийцев. Видите, хозяин, я еще понимаю – честный бокс, или дубина, или палка… тут бы я вам мешать не стал. Но, что касается этой проклятой резни или стрельбы, ох, никогда из этого ничего хорошего не выйдет.

Акр. Но моя честь, Дэвид, моя честь! Должен же я заботиться о моей чести!

Дэвид. Ну, понятно, и я бы о своей заботился. Вот вам крест! Но только в отплату за это моя честь должна была бы позаботиться обо мне.

Акр. Клянусь клинками, Дэвид! Ни один истинный джентльмен не станет рисковать утратой чести.

Дэвид. А я вам говорю: честь и сама не должна бы подвергать риску жизнь джентльмена. Видите ли, хозяин, эта самая честь кажется мне очень фальшивым другом и продажным слугой. Допустим, что я был бы джентльменом, чего обо мне, благодарение богу, никто сказать не посмеет. Ну так вот. Честь моя толкает меня на ссору с другим джентльменом. Так! Мы деремся. Это еще хорошо. Бац! Я его убиваю – мое счастье! Кто же от этого выигрывает? Моя честь. Ну, а если он меня убьет? Вот вам крест! Я иду червям на съедение, а честь перебегает на сторону моего врага!

Акр. Нет, Дэвид! Клянусь венцами и лаврами! Честь в таком случае уходит с тобой в могилу.

Дэвид. А это как раз такое место, где я и без нее отлично обойдусь.

Акр. Черт тебя возьми, Дэвид, ты трус! Мое мужество запрещает мне слушать тебя! Как! Чтобы я опозорил моих предков? Подумай, Дэвид! Что бы это было, если бы я опозорил моих предков?

Дэвид. С вашего позволения, меньше всего риску опозорить их – это как можно дальше держаться от их компании. Видите ли, хозяин, если вы вздумаете отправиться к ним так поспешно, да еще с дырявой головой, ничего из этого хорошего не выйдет. Предки наши – народ почтенный, но они последние, с кем бы я согласился вести близкое знакомство.

Акр. Но, Дэвид, разве ты думаешь, что это очень, очень опасно? Клянусь жизнью, люди часто дерутся без всяких дурных последствий.

Дэвид. Вот вам крест, в этом деле все против вас. Ох! Выходить на поединок с этаким львом, у которого двуствольная сабля и острый пистолет! Господи, помилуй нас! Меня при одной мысли об этом дрожь пробирает. Такие смертоубийственные оружия! Я их с малолетства не выношу. Видите ли, во всем мире нет такого кровожадного животного, как заряженный пистолет.

Акр. Черт побери! Нет, я и не подумаю бояться. Клянусь огнем и адом, ты меня не запугаешь. Вот письмо! Я послал за моим другом, капитаном Абсолютом, он передаст мой вызов.

Дэвид. Да-да, уж пусть он будет вашим посланным! Что до меня, то я бы за лучшую лошадь в вашей конюшне не согласился приложить к этому руку. Вот вам крест!.. Это письмо даже на другие-то не похоже: оно такое злобное и задиристое. Ручаюсь, что от него несет порохом, как от солдатской сумки. Ох, того и гляди взорвется.

Акр. Убирайся ты вон, трус этакий! Кузнечик и тот храбрей тебя.

Дэвид. Ладно, молчу… А какое горе у нас дома-то будет. Ладно, молчу. Как Филида-то завоет, когда узнает об этом… Ах, бедная сука… Она и не чует, на какую охоту ее хозяин отправляется без нее. А старый Кроп… ведь десять лет возил он вашу милость по полям и дорогам, небось проклянет теперь день, когда на свет божий родился. (Хнычет.)

Акр. Ничего не поделаешь, Дэвид! Я решил драться. Убирайся отсюда, трусишка ты этакий, пока я еще в воинственном настроении.

Входит слуга.

Слуга. К вам капитан Абсолют.

Акр. Ага, проси сюда.

Слуга уходит.

Дэвид. Ладно, дай бог, чтобы мы все были в живых завтра в это время.

Акр. Это еще что? Не выводи меня из терпения, Дэвид!

Дэвид. Прощайте, хозяин! (Хнычет.)

Акр. Ступай вон! Трус ты малодушный! Ворона каркающая!