Читаем Сонин конструктор полностью

Почти весь следующий день в садике был посвящён репетиции новогоднего концерта. Кто-то даже принёс сшитые или перешитые родителями костюмы. И теперь среди обычных юбочек и свитерков мелькали то пелеринки снежинок, то красные шапочки гномиков. Девочка Саша, с которой Соня любила играть в дочки-матери, нацепила серебряную корону и утверждала, что она Снежная Королева, хотя на самом деле по сценарию она была простой снежинкой. В этой кутерьме репетиции песенок и повторении стихов никто не заметил, что снова привели Вадима. Он был тише прежнего и с сосредоточенным видом сидел в углу на лавочке, держа в руках всё ту же зебру, но цапли с ним не было. Другие дети не обращали на него особого внимания, занятые приготовлением к празднику. Соня сегодня ещё не принесла костюм снежинки и потому была одета в свою обычную полосатую юбочку и кофточку на пуговицах. Она осторожно подошла к мальчику, не понимая пока, как он себя поведёт. Но он был спокоен, только ещё более замкнут. Соня достала два листа, которые она вчера забрала домой, и протянула ему:

– Я хотела доделать сама, но у меня не получилось. Покажешь?

Вадим сильнее зажал в кулаке зебру, даже немного отодвинулся и отчётливо помотал головой, не произнося ни слова. Соня огорчилась. Она положила оба листка рядом с мальчиком и пошла репетировать. «Наверное, он обиделся на что-то», – решила Соня.

И вот в какой-то момент, когда Соня сидела на маленьком, расписанном под хохлому, стульчике и усилено повторяла вслух свою роль снова и снова, к ней подошёл Вадим и всё так же молча протянул двух бумажных цапель.

– Это мне? – с улыбкой спросила девочка.

Вадим молча кивнул. Он отдал ей одну птицу, а потом, к ужасу Сони стал вдруг разворачивать другую до состояния листа.

– Зачем… – протянула девочка.

Но он показал пальцем на её птицу. Соне не хотелось ломать игрушку, но она всё-таки послушалась. Все остальные дети были слишком заняты, чтобы обратить на внимание на странную игру с бумажками Сони и Вадима, и никто больше к ним не подходил. А Вадим стал медленно сворачивать свой лист снова в птицу, дожидаясь пока Соня повторит его действия. И вот в руках детей снова появились бумажные цапли. Соня даже подпрыгнула от радости, водя в воздухе бумажной птицей, и весело заулыбалась. Вадим тоже улыбнулся ей в ответ, но как-то странно, словно копируя её улыбку, а потом снова опустил глаза. Девочка даже хотела обнять его от радости, но он отстранился, и Соня не стала.

Она поблагодарила его за птичку, а потом подумала, что ведь не только игрушки на их ёлке были разные, но и её друзья. Вот, например, Лена никогда не ест гречневую кашу с молоком, и может сидеть хоть полдня за столиком и переупрямит любую воспитательницу, даже суровую Надежду Ивановну. Дима начинает сильно заикаться, когда нервничает, и на всех праздниках отказывается читать стихи, а Саша, когда они играют с девочками в дочки-матери, всегда играет только маму и никому не отдаёт эту роль. Но зато из неё выходит отличная мама. А Дима лучше всех кувыркается и делает берёзку, а Лена помогает другим относить тарелки. Вадим же может научить делать бумажных животных, надо просто подходить к нему по одному, а не всей толпой. И не трогать его. Что ж в этом такого? Кто-то любит обниматься, например, а Вадима, значит, нельзя брать даже за руку – он от этого начинает нервничать. Так за руку можно всегда взять Сашу, она даже сама это сделает! А Вадима просто слушать. Так даже интереснее.

Тем временем Вадим совсем успокоился и стал рассказывать, что оригами – складывание фигурок из бумаги, появилось в Японии, и суровые воины самураи тоже умели их делать и обменивались такими подарками. Тогда, решила Соня, оригами – это отличное новогоднее занятие, ведь это время, когда все обмениваются подарками, не только самураи. А потом спросила Вадима, с кем он будет справлять Новый Год. Мальчик сразу замолчал, не понимая, как это Соня так быстро перескочила с одной темы на другую, и коротко ответив «с мамой», вернулся к древней Японии. Но Соня тут же сказала:

– А я – с мамой, папой, бабушкой, с Мариной – это моя старшая сестра. Она учится в университете! А ещё с Павликом. Это мой брат. Он учится в школе. В следующем году я тоже буду там учиться! – гордо завершила она свой рассказ.

Вадим молчал. И Соня подумала, что он, наверное, огорчился, ведь у неё вон как много кого, с кем справлять Новый Год, а у него только мама.

– А хочешь, приходи к нам? – предложила она вдруг.

Вадим помотал головой.

– Почему? – искренне удивилась девочка.

На этот вопрос он сказал, что дома – мама и энциклопедии с картинками. Тогда Соня сказала, что приглашение распространяется и на маму, а у них дома тоже есть книги, а у неё – целая коробка игрушек и деталей от разных конструкторов, а ещё – бумажный журавлик.

– Он тоже этот… оригами! – добавила она и подумала: «значит, он подружится с цаплями».


В этот вечер на маму, пришедшую забрать Соню из садика, обрушилась целая волна новостей.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мерзость
Мерзость

В июне 1924 года на смертельно опасном Северо-Восточном плече Эвереста бесследно исчезла экспедиция знаменитого британского альпиниста Джорджа Мэллори. Его коллега Ричард Дикон разработал дерзкий план поисков пропавших соотечественников. Особенно его интересует судьба молодого сэра Бромли, родственники которого считают, что он до сих пор жив, и готовы оплатить спасательную экспедицию. Таким образом Дикон и двое его помощников оказываются в одном из самых суровых уголков Земли, на громадной высоте, где жизнь практически невозможна. Но в ходе продвижения к вершине Эвереста альпинисты осознают, что они здесь не одни. Их преследует нечто непонятное, страшное и неотвратимое. Люди начинают понимать, что случилось с Мэллори и его группой. Не произойдет ли то же самое и с ними? Ведь они — чужаки на этих льдах и скалах, а зло, преследующее их, здесь как дома…

Мария Хугистова , Дмитрий Анатольевич Горчев , Дэн Симмонс , Александр Левченко

Детективы / Детская литература / Прочее / Самиздат, сетевая литература / Пьесы