Читаем Сомневайтесь! полностью

– Оставь, Влад! Ты сам каждый день под прицелом ходишь. Однако от своих дел не отказываешься. Давай лучше подумаем, как правильнее с наличкой работать. Мне кажется основная опасность именно здесь. Мне не нравится, что у тебя в багажнике то миллион зелёных, то пятьдесят миллионов деревянных валяются. Тебя грохнут, а я как сирота один останусь и без партнёра, и без защиты. А потом какой-нибудь отморозок придёт ко мне и станет требовать сумму в два раза большую чем стащил из багажника. Давай ты не будешь к деньгам относиться как к бумаге, – Лёва не часто позволял себе разговаривать с Владиславом в таком тоне. Тот не любил, когда ему указывали на его недоработки, а на ошибки тем более. Владислав, конечно, понимал, что не прав, но признавать этого сразу не хотел. Он вернулся к разговору о мерах дополнительной безопасности.

– Ты всё-таки подумай, Лёва. Может быть есть смысл сделать паузу? И, кстати, скажи мне, пожалуйста, у нас лес заканчивается или наши партнёры перестали его покупать? Почему ты мне уже третий месяц переводишь денег меньше чем обычно? – Владислав всю жизнь вращался среди людей, в кругу которых кинуть партнёра считалось нормой. Ему не раз приходилось выполнять роль решальщика при выяснении спорных вопросов между всякого рода деловыми. Ему очень бы не хотелось, чтобы Лёва после стольких лет «совместной деятельности» оказался не тем, кем его считал Владислав. Лёва к вопросу был не готов и немного замялся. Он никак не мог предположить, что Владислав так быстро заметит сокращение доходов фирмы. Заминка не прошла мимо внимания партнёра, но до поры до времени он решил разговор не форсировать. Тем временем Лёва преодолел замешательство и представил ему свою версию происходящего:

– У британцев прокол с оплатой вышел. У них там кризис в деревообработке. Я им скидку временную дал, чтобы они вчистую не соскочили. А тебе не говорил, потому что не считал что это важно. Для тебя полтора миллиона разве что-то решают? – Лёва врал и ему было страшновато. Полтора миллиона зелёных для Влада действительно не были большой суммой, но если он всё-таки захочет раскопать почему их недополучил… «Нет! – Лучше об этом не думать». – Он оторвался от тарелки с судаком по-польски и взглянул на своего партнёра. Владислав молча пережёвывал кусок «горячей» осетрины и о чём-то сосредоточенно думал. Лёва решил его от дум не отвлекать и остаток времени они провели в молчании. После того, как они закончили с обедом и расстались, Лёва поехал в офис.

Попросив Иру ни с кем не соединять он заперся у себя в кабинете. В течение какого-то времени он не мог сосредоточиться. Разговор с Владиславом всё ещё имел продолжение в его голове, а взгляд… Лёва знал этот взгляд и он также знал, что этот взгляд Влада не предвещал ничего хорошего. «Чёрт дёрнул кроить эти три миллиона. Теперь придётся сидеть на нервяке и ждать. Палыч пока молчит, но он, гад, умный и когда-нибудь допрёт, что я его дурачу. Тогда вообще жопа! Внезапно он понял, что переступил черту. В своей алчности и погоне за наживой он забыл о том, что плавает среди акул. Таких же жестоких и ненасытных, как он сам. «Акула не знает пощады!» – Вспомнилось видение многолетней давности, в котором большая белая акула разговаривала с ним человеческим языком. «Итак, что мы имеем? – Лёва ещё раз попытался сосредоточиться. Он подошёл к окну и посмотрел на улицу. Там шёл дождь. Люди спешили и прикрывались от дождя зонтиками. Всё это выглядело уныло. Он подошёл к столу и обессилено сел в кресло. – Что мы имеем?.. А имеем мы, Лёвушка, ситуацию, которая называется очень нехорошим словом… Да, именно так эта ситуация и называется.