– Лёва, будь серьёзней. Тебя чуть не грохнули вчера, а ты всё со своими шуточками. Давай, сосредоточься! Так как? Нигде ничего не «звенит»? – Владислав отнёсся к происшедшему с Лёвой намного серьёзнее, чем сам Лёва. В бытность своего становления, как непререкаемого криминального авторитета, он неоднократно участвовал в «постановках» типа той, в которую угодил его «партнёр». Он знал, чем эти «постановки» для главных действующих лиц обычно заканчиваются. Ему очень не хотелось, чтобы что-то подобное произошло и с Лёвой. Ещё тогда, когда он впервые увидел этого начинающего охотника за золотым тельцом, он понял, что в этом пареньке что-то есть особенное. Он уловил в нём много тех качеств, которыми был наделён сам. Жёсткость, пренебрежение опасностью, умение принимать решения. Это заставило Владислава отнестись к нему серьёзно. Ни разу с тех пор, как он взялся за непростое дело – оберегать Лёвин бизнес и защищать его от таких же, как он сам, Владислав об этом не пожалел. Сейчас он был очень обеспокоен случившимся. Его опыт подсказывал, что в подобных случаях после первой неудачной попытки обязательно последует вторая. «Только чеченов не хватало. С ними тяжело договариваться. А чего им надо от Лёвы? Что это вообще за наезд среди бела дня. Я не замечал, чтобы Лёва играл в карты или другие игры. С чеченами его ничего не связывает. Тогда что? Лёва говорит, что ему почудился его бывший директор. Подонок! Если это так и он пришёл за Лёвой, чтобы его жизнью оплатить свою… Тогда я ему не завидую. Я его просто грохну». Разговор партнёров продолжался.

– У меня такое чувство, что если это Смирнов, то второй попытки не будет. Он знает, что я ещё раз не подставлюсь. Я действительно теперь ни шагу без охраны не сделаю. Если это он привёл людей по мою душу, то у него сейчас большие проблемы. Он им не сказал, что я по стенам как паук ползаю, и сейчас они его спрашивают почему не сказал. Замочат они его, и дело с концом. На всякий случай ещё несколько дней я буду особенно осторожным. Завтра я в Москву полечу. Я никому не говорил, поэтому беспокоиться не надо. Из дома в машину, из машины прямо к трапу самолёта. Владислав, у тебя скоро появится много работы. Мы, похоже, забираем под себя весь Северо-западный лес. У тех, кто сейчас там работает, и так разборка на разборке, а теперь будет ещё круче. Сказать по правде, я даже немного боюсь. Нет! Наверное, не боюсь, а сомневаюсь! Это такие объёмы, что и не представить. А ты себе это представить можешь?.. Вот-вот, и я пока не могу. Вернусь, я тебе покажу выкладки… да-да, конечно… Буду, не волнуйся ты так… справлюсь. Да, до связи.

12

После разговора с Владиславом Лёва вызвал к себе секретаршу и, предупредив, что всё абсолютно секретно, велел заказать билет на самолёт в Москву на завтра в восемь утра. Лёва планировал быть в министерстве к десяти. После этого он пригласил в кабинет юриста немецкой компании «Герта», с которой Лёвина «Провекта» уже почти пять лет как «дружила» к взаимному удовольствию обеих. Теперь «Герта» решила на эту дружбу наплевать. Юрист был многословен и в течение всего разговора несколько раз съезжал с русского на немецкий, который Лёва не учил из принципа. Юристу приходилось повторять весь текст на русском снова и снова. Суть того, что он пытался донести до хозяина фирмы «Провекта», сводилось к тому, что цены высоки, качество не очень, а сроки иногда не совпадают с оговорёнными. Поэтому, извините, мы уходим к другому поставщику, у которого всё значительно лучше. Лёва слушал не перебивая достаточно долго. Он умел слушать. Когда юрист начал об одном и том же по третьему кругу, он, наконец, не сдержался и начал говорить: