Читаем Сомневайтесь! полностью

– Значит, так, – сказал мордоворот, – ты меня очень сильно напугал. До сих пор сердце колотится. Поэтому я сейчас еду в больницу, чтобы обследоваться. Наверное, у меня инфаркт! А через двадцать минут у меня «стрелка» с пацанами забита. Они мне долг обещали привезти. Пять тысяч зелёных. Если не приеду, то долг я им как бы простил. Значит ты мне его вместо пацанов и отдашь. Ты понял? Придурок… За инфаркт ещё пять и мы в расчёте. Машина твоя? Давай сюда документы.

– Машина моя, но не моя, – соврал Лёва. – Я деньги на машину взял у знакомого и ещё не до конца выплатил. Так что машина не моя, – у Лёвы созрел план, на выполнение которого нужно было время. Хотя бы до завтрашнего утра. – Давайте, я Вам оставлю паспорт, там прописка. А завтра утром я Вам привезу деньги куда Вы скажете. Мордоворот понял, что ему удалось запугать Лёву, который и на самом деле чувствовал себя ужасно. Он ухмыльнулся и для пущего страху сказал:

– Смотри, без глупостей. Если завтра в десять я не получу деньги, то в десять часов пять минут я включу счётчик. Мало не покажется. Ты лучше не опаздывай. Запоминай. Завтра ровно в десять я тебя жду на углу Загородного и Владимирского. Я буду на машине. На этой. Вот мой телефон. Вдруг ты ещё кого-нибудь до инфаркта по дороге доведёшь. Тогда позвони. А машину я у тебя всё-таки заберу. Для гарантии. Деньги привезёшь, машину получишь обратно. Тебе всё понятно? Давай за мной на стоянку. И не вздумай дать дёру. – С этими словами мордоворот по имени Гена положил в карман Лёвушкин паспорт и сел за руль своей БМВэшки.

Пробегав пятнадцать минут, Лёве удалось найти работающий телефон – автомат. Не глядя на циферблат, он набрал привычные с детства запомнившиеся цифры номера своего друга. На восьмой или девятый гудок трубку сняла Сонька. Их с Эдиком одноклассница и многолетняя сожительница последнего. По её тяжёлому и прерывистому дыханию можно было предположить, что она только что вышла из боя с Эдиком, которому не хотелось вставать с дивана и идти к телефону. Ей тоже не хотелось, но получив от Эдика пинка, пришлось-таки ползти по коридору целых восемь метров до места, где на стенке висел «довоенный» аппарат. Как противно он гудел!

– Тебе чего? – вместо здрасьте спросила Сонька. – Ты же видишь, что раз люди не подходят, значит люди отдыхают. А ты, как всегда, и гудишь и гудишь… Ненавижу. Зачем тебе этот балбес нужен? Ихнее благородие сейчас изволят отдыхать, а если… – Лёва попытался прервать поток сонькиного красноречия. Если этого не сделать в самом начале, то потом будет поздно. Её уже не остановишь.

– Сонь, дай мне его. Скажи, что срочно. Срочнее не бывает. Пожалуйста.

– «Пожалуйста» у тебя последнее время стало хорошо получаться, Лёвчик. Только «спасибо» никогда не дождёшься, – ворчливым голосом замученной тяжёлой жизнью женщины пробормотала в телефонную трубку Сонька – лентяйка и бездельница, не уступающая этими качествами своему многолетнему сожителю Эдику. – Сейчас попробую поднять твоего дружка.

Через минуту Эдик смог добраться до телефона. Относительно быстро.

– Говори, Лёва, я здесь. Что случилось?

– Помнишь, ты говорил, что у тебя есть авторитетный человек на случай непредвиденных обстоятельств. Ты ещё предлагал с ним познакомиться на всякий пожарный… Так вот у меня этот всякий пожарный как раз наступил.

– Приезжай. Я пока позвоню, договорюсь о встрече. А что же всё-таки случилось? – в голосе Эдика звучали нотки обеспокоенности.

Не дождавшись окончания вопросительной фразы, Лёва повесил трубку и кинулся искать такси. Через полчаса он уже сидел у друга в квартире на кухне, пил горячий кофе и рассказывал о происшедшем. Потом Эдику кто-то позвонил, и они оба поехали на встречу с человеком, который оказал огромное влияние на всю последующую жизнь Лёвушки. В этот вечер у него появилась собственная «крыша» первоначальной стоимостью в двадцать процентов от всех доходов. При этом Владислав, так звали «крышу», сразу предупредил, что не работает с мелкими барыгами, сутенёрами и кидальщиками. В круг его интересов входят строительный бизнес, природные ресурсы в диапазоне от древесины до драгоценных металлов, финансовые структуры и международная торговля. Авторитет Владислава сомнений не вызывал. Его прошлое, жестокое и кровавое, было тому подтверждением. Хотя большой рэкет ещё спал и имя Владислава в определённых кругах упоминалось редко. Малый же феоктистовский и виноградовский «ураганил» по кооперативным мастерским и ресторанам, собирая дань с владельцев этих ресторанов и мастерских. Владислав стоял над всем этим беспределом и своим авторитетом превосходил и тех, и других. Как позже об этом говорил сам Лёва, в этот вечер он подписал «договор с дьяволом».

Через пять минут всё было кончено. Мордоворот Гена извинился перед Владиславом и Лёвой. Вернул Лёве ключи от «Девятки», паспорт и обещал позвонить на стоянку в течение пяти минут: