На рисунке к «Пацифисту» запертый чертик — это тот, кто сидит внутри тебя. Я — это и чертик, и тот, кто его запер. Что же мешает выйти наружу? Законы морали, общества — вот что мешает. Если он все же вырвется, в принципе, ничего страшного не произойдет. Просто всем вокруг станет не так комфортно, а кто-то будет послан. Я-то не стараюсь его там держать, держу дверцу открытой — а там уж сам решай, выходить или нет. Иногда выходит. Вот недавно был случай. Трансляцию концерта «Алые паруса», в котором мы принимаем участие, делает петербургский Пятый канал. Они через Леру Агапову сообщили: «Мы будем снимать первые пять песен из вашего выступления, хотели бы, чтобы это были „Все, что тебя касается“, „Южная ночь“, „Районы-кварталы“, „Дожди-пистолеты“ и „До скорой встречи“». Первые пять песен, а мы играем шестнадцать. Ответ очевиден: это невозможно, если бы мы играли всего пять песен, мне было бы все равно, в каком порядке. А так должна быть какая-то драматургия, развитие. Я сказал «нет». Но они настаивали. Интересно, а группе «Сплин» вы тоже будете диктовать сыграть «Мое сердце» и «Орбит» в самом начале? Они сказали Агаповой, что в прошлом году их уломали. Но нашего директора не проведешь. Лера позвонила директору «Сплина» с этим вопросом, на что он ответил: «Да щас же! Посылайте их!» И это даже не выпускание чертика-пацифиста, это просто защита. Когда они в очередной раз позвонили, я сказал, что готов по громкой связи им все высказать: если они еще раз обратятся со своими дурацкими вопросами, мы вообще не приедем на их «Алые паруса» и деньги не вернем, не надо врать, «Сплин» никогда не шел на такие условия… Ну а на «Прогулках» изображены не то мишки, не то котики — звери, в общем. Парочка — он и она. Думаю, я на мишку все же больше похож.

Добрый

Дима Добрый взялся из Химок. А если серьезно, он работал звукорежиссером до этого в панк-группах вроде «Тараканов». А еще работал на студии, где записывал разные группы. Он совмещает работу студийного звукорежиссера, который может записать, свести треки, с работой концертного звукорежиссера. Вообще-то это разные профессии, но Дима может делать и то, и это. Иметь человека «два в одном» очень хорошо в наших условиях. Добрый и Добрый, какой он… Его предшественник Леша Мартынов был частью группы, точнее, нашей алкогруппы. Добрый — тоже часть «Зверей» и даже больше. Просто Дима всегда проявлял больше инициативы, причем делал это очень уверенно. «Ребята, нам надо пульт возить с собой свой, то, что нам предоставляют на местах, — это все лажа». И с любой инициативой он всегда напрямую обращался ко мне. Очень работоспособный, живой и очень четкий. Он четко понимает, что нужно сделать. Резвый, бескомпромиссный, где-то жесткий. Панк-рокер бывший, какие вопросы? При этом с юмором, который у него довольно прямолинейный, черный. Беседуем с ним о каких-нибудь очень серьезных вещах, и он неожиданно может сказать что-то с таким же очень серьезным лицом.

Конечно, он ключевая фигура в группе. На каких-то репетициях, когда мы готовимся к записи, он может подсказать, кому как сыграть. У него музыкальное образование, Гнесинка, и очень хороший слух. Он четко разбирается в звукоизвлечении. Мне нравится в Добром то, что он всегда инициативен и открыт всему новому. Он все время что-то предлагает и прямолинейно, открыто заявляет, что думает, в отличие от многих. Если он считает что-то херней, он так и говорит: «Это херня, стоп, так не годится, переиграй». Он уже на стадии записи понимает, как должно быть сыграно, чтобы ему потом было проще сделать сведение трека, выполнить задачу, заложенную в песне. Мы с ним обновили технический парк: приобрели все необходимое, чтобы всем было комфортно. Дима говорит: «Надо семьсот долларов, тыщу пятьсот долларов, две тыщи, чтобы купить то, то и то». Какие-то плагины для цифровых пультов, компрессоры, эмуляторы аналоговых приборов, усилители… Добрый сделал апгрейт, зовет: «Виталич, иди сюда!» Нажимает на кнопку, и звук мощно уплотняется, становится пробивающим. Прикольно? Супер, Димон!

Саботаж