Читаем Солнце взойдёт полностью

— Однако, нельзя также сказать, чтобы эта работа предъявляла большие требования. Едва ли для нее нужны такие уж выдающиеся исполнительные качества. Мне казалось, вы говорили, что я работник высочайшего уровня.

Гангер хотел было взглянуть себе под ноги, но тут же спохватился.

— Если ты хочешь, можешь попытаться найти уровень выше, чем здесь, милости прошу.

Джейн, однако, сохраняла серьезность.

— Вы что, боитесь высоты? — спросила она.

— Я ужасно, чертовски боюсь высоты. Подумай об этом. Мое естественное место обитания расположено не сказать чтобы очень высоко; фактически, совсем наоборот. У меня иногда начинает кружиться голова, когда я стою на ковре с высоким ворсом. И если, — добавил он, — тебе это кажется таким ужасно забавным, мы можем как-нибудь нанести визит в резиденцию моего департамента, посмотрим, как тебе там понравится.

Джейн постаралась придать своему очередному судорожному вдоху извиняющийся оттенок, и они продолжали карабкаться вверх в молчании; по крайней мере, какое-то время они ничего не говорили. Потом Джейн, покусав губу, вступила снова:

— Я прошу прощения. Я очень ценю, что вы решились пойти со мной, чтобы представить меня. Спасибо.

— Не стоит благодарности, — улыбнулся Гангер. — Всегда пожалуйста.

— Простите?

— Я говорю — пожалуйста.

— Простите, — прокричала Джейн, — я не могу вас расслышать, у меня кровь шумит в ушах.

— Неважно.

— Что?

— Я говорю, что… Ничего.

— Мы уже пришли?

Гангер открыл рот, но передумал и просто кивнул. Перед ними, опустив подъемный мост, перекинутый через совершенное ничто и покоящийся на еще меньшем, возвышались ворота Воздушного Замка.

На замковом камне арки ворот висела деревянная табличка. Ветер и барометрическое давление давно свели на нет когда-то покрывавший ее лак, но на ней до сих пор можно было различить слово

написанное выцветшей белой краской. Джейн подняла бровь.

— Мы некоторое время пытались его так называть, — пояснил Гангер, — но это название почему-то так и не прижилось. Постой здесь, я постучу.

Он подошел к массивным воротам и поднял дверной молоток — обеими руками и изо всех сил напрягая спину. Ему удалось поднять его на целый дюйм, прежде чем он сдался.

— Понимаешь, это не реальный молоток, — сказал он, осторожно потирая руки. — Точнее, он, конечно, реален, но это идеальный молоток. Знаешь, какими должны быть дверные молотки в идеальной вселенной. А в идеальной вселенной у людей гораздо более крепкие мускулы, чем у нас.

— Гм.

— А поэтому, — продолжал Гангер, — думается мне, мы лучше поступим вот как.

Он слегка наклонился и прошел под воротами. Джейн неуверенно последовала за ним.

— С этого момента будь осторожна, — крикнул ей Гангер, когда они вынырнули во внешнем дворе. — Все это место является Зоной Исключительной Ответственности.

Джейн моргнула.

— Простите? — переспросила она.

— Зоной Исключительной Ответственности, — повторил Гангер. — Это абсолютно необходимо, если учесть, чем они тут занимаются. Видишь ли, если нас сочтут ответственными за любую вынесенную отсюда информацию — с самыми благими намерениями, как ты понимаешь, — то мы предстанем перед судом, не успев и шагу ступить. Да, к слову, смотри под ноги, здесь может быть колючая проволока.

— Колючая проволока?

Гангер кивнул.

— И собаки, разумеется. Понимаешь, это все входит в программу обучения.

— Собак я еще могу понять, — сказала Джейн, снова вспомнив о работе почтальона. — Но при чем здесь колючая проволока?

— Мы доставляем сверхъестественные внушения некоторым из самых охраняемых людей в космосе, — ответил Гангер с ноткой гордости в голосе. — Ты понимаешь, что я имею в виду. Торговые магнаты, которые не заключат ни одной сделки, не получив одобрения своего астролога. Полубезумные диктаторы третьего мира, строящие свою политику в соответствии с указаниями духов своих предков. Двойники латиноамериканских наркобаронов. При такой работе колючая проволока даже приносит облегчение. А самое ужасное во всем этом, — продолжал Гангер, ухмыляясь, — это что тебе приходится постоянно свистеть. Положено по уставу.

— Гм.

— Свистеть, разбрасывать повсюду резинки, которыми скрепляют пачки писем, и никогда не появляться со Срочной Доставкой, если ты не уверен, что получателя нет дома. Это вопрос чести. У них очень строго на этот счет.

Прямо у них под ногами мимо пропыхтело солнце, идя с опережением графика на двадцать минут. Это была игра ее воображения, или пилот действительно помахал им рукой? Гангер остановился и поправил галстук.

— Ну вот, — сказал он, — мы и пришли. Знаешь, мне почему-то кажется, что ты прекрасно справишься.

— Забавно, что вы это сказали, — ответила Джейн. — У меня тоже.

— Естественно, — сказал Гангер. — Подумай над этим.

* * *

Бьорн помедлил.