Читаем Солнце взойдёт полностью

Бывшего Генерала подняли на ноги. Он что-то мычал сквозь клейкую ленту, но никто его не слушал.

— По особой просьбе адвоката обвинения, — нараспев заговорил Верховный Лорд-Кардинал, — и учитывая твои таланты в области управления и связей с общественностью, ты направляешься в штат Департамента Обвинения. — Верховный Лорд-Кардинал вздрогнул. — Постойте, это бесчеловечно. А, ну да и черт с ним. Что до тебя, — кто-нибудь, поднимите пацана так, чтобы он мог слышать, хорошо? — что до тебя, то поскольку ты временно нашел убежище в смертном теле, этот суд — слушайте, кто это выдумал? Что за гадкая мысль! — этот суд слагает с себя обязанность судить тебя. Ты будешь отправлен обратно в мир, чтобы жить как смертный. — Верховный Лорд-Кардинал ухмыльнулся. — В Канзас-Сити, — добавил он, затем повернулся к ближайшему коллеге и подмигнул. — Ну как, Тони? — сказал он. — Это будет покруче твоей пластмассовой вилки, а?

Зашаркали ноги, и двоих подсудимых вывели из зала. Верховный Лорд-Кардинал поудобнее устроился в своем кресле и снял судейскую шапочку.

— Что, наконец, приводит нас, — сказал он, — к последнему пункту сегодняшней повестки дня.

* * *

Как, можете вы спросить, работает Администрация?

Она, разумеется, не работает; но если предположить…

Существуют Департаменты. Каждый из департаментов укомплектован штатом постоянных служащих и возглавляется чиновником 2-й ступени и выше. Главы департаментов формируют комитет по Финансам и Общим Направлениям, которая передает свои резолюции на одобрение Коллегии Избирателей. Работой Избирателей является превратить рекомендации комитета в черновики распоряжений, требующие ратификации Большого Босса.

Большой Босс. Сам. Нумеро Уно. Самый Главный. Тот парень, к которому вы рано или поздно попадете, если будете очень настаивать на том, чтобы увидеть управляющего. Император.

Это совершенно логично, правда? В конце концов, было бы совершенно несправедливо, если бы реальная власть находилась в руках дипломатов-общественных служителей, которые даже не принадлежат к той же категории форм жизни, что и те люди, которыми они управляют. Главный босс неизбежно должен быть смертным. Проблема всегда заключалась лишь в том, чтобы найти подходящего смертного для этой работы.

Много веков назад Избирателей посетила гениальная мысль о том, чтобы не говорить Императору, в чем конкретно заключается его работа.

Они не лгали ему, разумеется, такого у них и в мыслях не было. Но они распоряжались правдой с несомненной скупостью. Начать с того, что они действительно в конце концов говорили ему, что он — Император, не вдаваясь в утомительные подробности относительно того, что это означает. Но даже этот крохотный обрывок информации вызывал серьезные проблемы, так что они взяли себе за правило говорить ему это, только предварительно удостоверившись, что он их не слушает.

С точки зрения практической это работало превосходно. Впрочем, это рассматривалось лишь как временная мера.

В последние сто с лишним лет в Императорах поощрялось стремление к скромным профессиям. Рокко VI, как уже упоминалось, готовил пиццы. Его непосредственный предшественник, Вонг XIV, держал маленькую мастерскую по ремонту велосипедов на одной из маленьких гонконгских улочек, как раз напротив лучшего кантонского ресторана в Колонии. Невилл III (больше известный в истории как Невилл Великолепный) издавал окружную газетенку в пригородах Мэклсфилда, а также подрабатывал мытьем окон на стороне, чтобы иметь наличные деньги. Джозеф XXXIX Нкоба вырезал из дерева маленьких слоников. Гупта IX зарабатывал на жизнь, обслуживая бензоколонку; он был одним из немногих известных истории Императоров, который отрекся, сославшись на неразрешимое противоречие интересов. Франсуа XXIII все время своего царствования провел в комнатушке девять на пять футов, твердо уверенный, что он — отвертка со сменными насадками. Он был, по всеобщему мнению, одним из лучших Императоров двадцатого столетия.

Рокко, Вонг, Невилл, Джозеф, Гупта и Франсуа были успешными правителями; у других получалось не настолько хорошо. Хуже всех был, по-видимому, Уэйн XI, чье пятичасовое правление было вторым по краткости за всю историю Империи. Это не было виной Избирателей, разумеется; они впервые узнали о его разрушительных скрытых наклонностях, лишь когда он вывесил гринписовский постер в окне своей крошечной квартирки в предместьях Брисбена.

Самым коротким в истории было царствование Эвертона I, которого принудили подписать отречение, когда он упустил благоприятную возможность в истории с Кортни Уэлшем.