Но время все расставляет по своим местам. Геометризировать спинорные поля удалось блестящему ученому, английскому физику-теоретику Р. Пенроузу. Он записал вакуумные уравнения Эйнштейна в спиновом виде и доказал, что спиноры могут быть положены в основу классической геометрии и что именно они определяют топологическое и геометрическое свойства пространства-времени (3).

Дальнейшее развитие проблемы, предложенное российским академиком Г. И. Шиповым, пошло по пути объединения программ Римана – Клиффорда – Эйнштейна и Гейзенберга – Иваненко. Он пишет: «Спинорное представление классических геометрий, изложенное в работах Пенроуза, очень помогло мне при построении теории физического вакуума, в которую переросла в настоящий момент эйнштейновская программа Единой теории поля» (3).

Работая над теорией физического вакуума, Г. И. Шипов ввел в систему уравнений Гейзенберга, Эйнштейна и Янга – Милса вращательные координаты, то есть учел не только кривизну, но и кручение пространства. Используя принцип всеобщей относительности, который утверждает, что все физические поля имеют относительную природу, Шипов получил новые уравнения физического вакуума, содержащие параметры, связанные с кручением пространства спиновой структуры.

Выяснилось, что в теории Шипова, построенной с учетом вращательной относительности, нет двух категорий (пространство-время и материя), а есть только закрученное и искривленное десятимерное пространство. Следуя Клиффорду, можно сказать, что в мире ничего не происходит кроме изменения кривизны пространства. Уравнения Шипова описывают пространственные холмы и вихри, которые воспринимаются нами как возбужденные состояния физического вакуума и обнаруживаются нашими приборами как элементарные частицы материи (4).

Эйнштейн был первым, кто сумел составить вакуумные уравнения, которые описывают гравитационные поля через кривизну пространства. Шипов сумел повторить «научный подвиг» Эйнштейна и на языке свойств геометрического пространства описал электромагнитные взаимодействия (решил программу-минимум), а затем благодаря введению в теорию вращательной относительности, которая указала на важную роль в явлениях природы торсионных полей, геометризировал поля материи (решил программу-максимум Эйнштейна).

Современная картина мира

В результате решения системы уравнений Шиповым была получена математическая модель мира как система, состоящая из семи уровней реальности. Со школьной скамьи нам известно, что структура мира состоит из четырех уровней реальности: твердые тела, жидкости, газы, поля и элементарные частицы. Теория Шипова математически точно определила: уровней реальности семь. Четыре из них, названные выше, описывают хорошо нам известный грубый материальный мир, а три других являются уровнями тонкого мира: пятый уровень – уровень физического вакуума, шестой – уровень первичных торсионных полей и седьмой уровень – Абсолютное «Ничто».

Уровень Абсолютного «Ничто». Для шести уровней были получены содержательные уравнения, которые описывают свойства материи и вещества на каждом из этих уровней, причем точно так же, как законы Ньютона описывают движение физического тела. И только уравнения седьмого уровня, уровня Абсолютного «Ничто», представляют собой тождество вида 0 є 0 (3).

С точки зрения современной науки (в рамках двоичной логики «да» и «нет») это тождество бессодержательно, поскольку не позволяет сказать об Абсолютном «Ничто» ничего конкретного. Но математические исследования показали, что из всех уровней тонкого мира этот уровень самый стабильный и наиболее устойчивый. «И я говорю не о мифическом или гипотетическом явлении, а исключительно о физическом. Все в этом мире исчезает, но этот уровень остается всегда. Он вечен. С него абсолютно все начинается, и им же абсолютно все завершается. Мир Высшей Реальности – это мир планов, законов, отношений между элементами материй, и они, замечу, более устойчивы, чем сама материя» (5).

Уровень Абсолютного «Ничто» порождает уровни первичного торсионного поля и физического вакуума. Единственно возможным объяснением этому может служить такое качество Абсолютного «Ничто», как Сверхсознание, обладающее бесконечными творческими способностями.