– И… – Я вижу, как Педро барабанит пальцами по подлокотнику кресла. – Все прошло так хорошо, что дедушка меня выгнал, – говорит он фальшиво веселым тоном.

Я начинаю пятиться из кабинета директора, меня переполняет ощущение, что я вторглась слишком далеко. Так вот почему он исчез. Я ненавижу Педро, но… как сеу Ромарио мог выгнать собственного внука? Что плохого в желании вступить в Гастрономическое общество?

Я все еще нахожусь в коридоре, когда из кабинета директора, едва не врезавшись в меня, вылетает Педро. На секунду он кажется растерянным, возможно, даже смущенным. Затем достает из кармана брюк и надевает солнцезащитные очки.

– Неужели ты так сильно соскучилась, что теперь шпионишь за мной? – говорит он с ухмылкой, проталкиваясь мимо, прежде чем я успеваю ответить, и заставляя меня уронить клубный билет, который дала Пиментель.

– Соскучилась я по нему… – ворчу я себе под нос.

Раздается звонок, и ученики спешат по коридору обратно в классы. Я наклоняюсь за упавшим билетом. Едва коснувшись его кончиками пальцев, вижу слова:

Президент: Педро Молина

13

ПОНЕДЕЛЬНИК, 25 АПРЕЛЯ

Во время оставшихся занятий я с трудом могла сосредоточиться. Будто едва моргнула – и внезапно наступает конец дня, и я стою в кафетерии, сжимая в руке смятый флаер кулинарного клуба.

Даже не знаю, зачем я это делаю. Непохоже, что я смогу завоевать Луану, Диего и остальных с помощью дополнительных кредитов, как делал Педро при помощи пончиков со сливочным кремом из «Сахара», когда мы были детьми.

И вообще, я не могу вступить в клуб, где Педро является президентом. Мне нужно просто забить и свалить домой. Может быть, если я продолжу умолять Пиментель на этой неделе, она позволит мне вступить в какой-нибудь другой клуб.

Я собираюсь покинуть кафетерий, когда из кухни до меня доносится смех. Кто-то включает музыку. А потом раздается рев блендера. Восхитительная кухонная какофония, напоминающая мне о том, как звучала «Соль», когда бабушка была рядом…

Перед тем как уйти, я решаю заглянуть на кухню.

Просто взгляну. Это мне не повредит. Бабушка научила меня воспринимать кухни как некие волшебные места, где все превращается в аппетитные воспоминания. Я только посмотрю, что за магию они творят в кулинарном клубе. Это не значит, что я останусь.

В тот момент, когда я переступаю порог кухни, у меня возникает такое чувство, будто я только что открыла самый удивительный секрет. Как Алиса, проваливающаяся в кроличью нору в Стране чудес, все больше и больше влюбляющаяся в мир, которому, как ей кажется, она не принадлежит. Мне нужно уйти, пока не стало слишком поздно. Но я не могу оторвать глаз от трех учеников в фартуках, собравшихся вокруг металлической столешницы, уставленной вазами со свежими фруктами. Они стоят ко мне спиной, переговариваясь друг с другом, выбирают фрукты и бросают ломтики в блендер. Я замечаю на столе апельсины, клубнику, бананы, виноград, манго, яблоки, груши и орехи кешью. Еще там есть бутылка молока и пакет сахара.

Кажется, они готовили смузи и поспорили, что добавлять в середине смешивания.

Я думала, что, возможно, здесь окажется кто-то из ближайших приятелей Педро, например Луана, но этих троих я не знаю. Не думаю, что они такие же третьекурсники, как я. Может быть, второкурсники?

Я наблюдаю, как девушка пытается отобрать у парня контейнер с клубникой. Она немного ниже меня ростом. У нее гладкое лицо холодного темного оттенка, длинные пряди волос небрежно скручены на затылке. Парень очень высокий – самый высокий в комнате, – с пышными, как у По Дамерона[33], волосами и маленьким пирсингом на ухе; когда он двигается, серебро поблескивает на его смуглой коже.

– Давайте придерживаться рецепта, – говорит девушка, но, несмотря на то, что она удерживает руками блендер, парню все равно удается обогнуть ее и добавить в смузи клубнику. Она разочарованно хрюкает, а ее соперник исполняет победный танец с элементами брега-фанка[34], поводя плечами в такт музыке, доносящейся из лежащего на стойке телефона. Я предполагаю, что это его телефон.

Третий член клуба – еще один парень, которому, кажется, гораздо интереснее просто наблюдать за препирательствами других. Он отступает на шаг назад и с удивленным видом опирается локтями о стойку, подперев подбородок руками. Его прямые волосы растрепаны и с одной стороны головы торчат, как будто он только что встал с постели. Они словно выкрашены в угольно-черный оттенок, из-за чего его белая кожа кажется еще бледнее. Он излучает вайб Тимоти Шаламе[35] из «Маленьких женщин». Идеал Лори.

Танцующему парню удается еще раз протиснуться мимо девушки и, несмотря на ее протесты, добавить в блендер ложку сахара. Он закрывает крышку и смешивает смузи. Закончив, наливает себе немного светло-розовой смеси и делает глоток. Двое других ждут.