Читаем Сокровище чаши полностью

Они проходили огромную площадь с помостом в северной части. Площадь была выложена огромными, идеально подогнанными плитами чёрного базальта. Щели между плитами практически не были различимы, а поверхность – почти идеально ровная. Атмосфера города была совершенно особенной, и солнечные лучи, пересекая её, рождали звуки. Звуки восходящего солнца, ласково касающиеся слуха… Тот, кто был там, не забудет этого никогда.

Вскоре они подошли к небольшому зданию, построенному, видимо, уже во времена атлантов и атлантами: оно значительно отличалось по размерам от древних городских строений. Рост строителей города был около восьмидесяти локтей, в то время как рост атлантов был в десять раз меньше, оттого Наврунг чувствовал себя в этом городе лилипутом. Но это здание было как раз ему под стать. В центре небольшого зала стоял каменный стол, на него атлант и лёг. Ворота закрылись, и стало заметно темнее. И лишь четыре узких стрельчатых окна под самой крышей позволяли свету проникать в зал, едва рассеивая темноту.

Как только Наврунг лёг, тут же сильнейшее головокружение пригвоздило его к месту. Наступило состояние стремительного полёта, такого, что он перестал понимать, где верх, а где низ. Спустя несколько мгновений такого «полёта» яркий, ярчайший свет буквально ослепил его. Но не сам свет, а то ощущение, что сопровождало эту вспышку, как хвост – комету, обратило на себя его внимание. Оказывается, у яркого света может быть духовный аромат, да ещё какой!

Грубость слов не даёт возможности передать это ощущение совершенно особенной чистоты, не похожей на ту, что Наврунг знал. Этот свет проник в него, вытесняя человеческую природу и как бы наполняя собой не просто тело, но само сознание. Достигнув особого нагнетения, свет начал свою вращательную работу, сначала в темени, затем в горле и в солнечном сплетении. Казалось, что тело разъединено на части, но проверить, так это или нет, не было сил. Эти вихри, порождая пахтанье сознания, стали отделять рассудок от разума, а душу – от эмоций, и при этом сам Наврунг смотрел на них со стороны, испытывая лишь чувство восхищения работой Света и ощущая ритм движения вихрей.

Разделившись и зафиксировавшись, принципы его сознания, как кирпичи дома, вернулись назад. Но в несколько изменённом виде. Чувство света всё ещё наполняло тело, и восхищало, и умиротворяло, но сознание уже давало возможность мыслить, а головокружение почти унялось.

Гьянг прикоснулся к темени атланта:

- Ты можешь сесть.

Наврунг сел и стал осматриваться. Нельзя сказать, что это потрясло его сильнее, чем то, что происходило последние десять дней. Но что-то в нём изменилось. Что? Гьянг, как бы понимая его вопросы, заговорил:

- Ты лишён возможности рассказать кому-то, даже против своей воли, что узнал здесь. Ни одна из тайн не будет поведана тобой без моего на то разрешения.

- Я понял.

- Этот свет будет всегда в тебе, он будет спать. Но сон его прозорлив. И, увидев даже малую возможность разглашения этих Тайн, он затопит твоё сознание, головокружение лишит тебя сил стоять. Потом это пройдёт. Но сила Света от того не уменьшится. Ты должен это знать.

- Я вижу мудрость Закона. Я буду знать.

Они вышли из здания и пошли обратной дорогой. Нечеловеческим в этом городе было то, что воздух придавал крылья каждой прекрасной мысли. А плохих тут и не появлялось. Казалось, что мир достоинства Богов, обычно скрытый под тяжестью плоти, тут существует не в глубине нервов, а в самой сущности воздуха и в пространстве. Что тончайший эфир, разлитый повсюду, усиливает чувства, делая их практически такими же ощутимыми, как запахи, но более тонкого естества.

Гьянг рассказывал о задачах атланта.

- В предпоследний поход ваш отряд привёз на Посейдонис малыша ария.

- Я помню его.

- Этот малыш не просто арий. Он уранит. Не просто уранит. Он очень важен для нас.

- Мне его вызволить? Я могу выкупить его или похитить. Как скажешь.

- Не время ещё. Будущее говорит, что его спасение наступит под звездой большой Битвы. Позже. Но нужно его увидеть и ободрить. Он хоть и силён духом, но совсем ещё ребёнок. Понимаешь?

- Но для него все атланты страшны.

- Я подготовлю его сознание к твоему появлению. Он узнает тебя.

- Но что могу сделать для него?

- Простое доброе слово иногда лучше тысячи даров. Просто отнесись к нему по-доброму, скажи о скором избавлении. Пусть в его сердце живёт надежда. Остальное его дух сделает сам. В его глазах ты увидишь сияние далёких миров, атлант. Скажи ему, чтобы прятал взгляд от Ракшасов. Они из страха уничтожат его, если прознают.

- Такие сильные духом пришли на эту землю?

- Да. И из далёких, очень далёких миров. Когда-нибудь ты узнаешь.

Наврунг молчал. Он был удивлён. Он не слышал, да и никто не слышал, чтобы малыш мог взглядом, простым взглядом испугать Ракшаса! Это какая же сила должна быть в нём! Действительно, великие времена наступают, раз такие прибывают сюда.

- Я отнесусь к нему, как подобает, Святой Гьянг. Когда прикажешь выступать мне?

- Мы уже идём к виману.