У Аси забилось сердце, она отвернулась и быстро-быстро прошла мимо, надеясь, что ее не позовут во второй раз.

– Не она это, – сказал муж.

Больше никого не встретив, она дошла до клуба. У бетонного здания толкались кучки народа. Светились точки сигарет. Пахло самогоном – точно так же, как в предбаннике у тети, когда разливали по банкам самогон. Тарахтел генератор. Над входом горела лампочка. Из открытой двери была слышна нежная, неторопливая песня. «Медляк», – подумала Ася.

Она вошла и оказалась в прямоугольном зале с лавочками по периметру. В середине зала горела еще одна лампочка. Парочки топтались на месте, прижавшись друг к другу, – не поймешь, обнимаются или танцуют. Ася замерла в проходе, готовая удрать сразу, как ее увидят Лена, Ира или их друзья. Но сестер было не видать, к тому же было так темно, что они могли ее и не заметить.

Осмелев, Ася прошла к скамейкам и села. Музыка играла тихо – видно, берегли электричество. Парочки хохотали и болтали в полный голос, до Аси доносились обрывки смеха, разговоров. Она закрыла глаза и представила, что тоже кружится в обнимку с кем-то, смеется, спрашивает: «Замечательная сегодня музыка, не правда ли?» Чувство было приятное.

– Поблагодарите своих партнеров, – сказал голос в микрофон.

– Спасибо, – раздалось со всех сторон.

– А сейчас – время подвигаться! – произнес тот же голос.

Заиграло что-то быстрое, знакомое, отбивало бум-бум-бум. Захотелось подняться и скакать до потолка. Ася думала, что парочки так и сделают, но они, к ее удивлению, схлынули к скамейкам и расселись. Танцевать осталось трое: пьяный мужчина и две девчонки в мини-юбках. Пьяный раскидывал руки и танцевал так, будто все время кого-то ловил. С раскинутыми руками он дошел и до девчонок в мини-юбках. Те отступали к краю зала, но он все время оказывался рядом, и в конце концов они, недовольно бурча, сели на скамейку. Смотреть на одного пьяного было не интересно.

Сменилась песня. Пьяного увели друзья. Снова вышли девчонки в мини, и еще несколько человек. Некоторые танцевали хорошо. Ася, которая еще час назад думала, что будет танцевать, прилипла к скамейке и стеснялась даже сидеть. Она кусала губы и представляла себя смелой, свободно двигающейся в середине зала, но все равно было не то.

Сестер не было видно. Захотелось уйти, но Ася стеснялась и уйти тоже. Когда переставляли очередную кассету, она встала и направилась к выходу, ей казалось, что все на нее смотрят, – аж волосы на руках встали дыбом.

На улице стояли те же группки. Ася пробиралась между ними, когда от одной компании оторвался парень и направился к Асе со словами:

– Вот! Вот та, которую мы так долго ждали!

– Куда ты попер, это девчонка, отойди, – сказали ему из компании.

Но он успел дойти до Аси, наклониться и щелкнуть фонариком у ее лица. В глаза ударил свет, и Ася тут же зажмурилась и отвернулась. А парень воскликнул:

– Е-мое! Черт какой-то!

Он отошел к своей компании, и они захохотали. Ася простояла столбом несколько секунд, прежде чем до нее дошло, что, размалеванная, в темноте она и правда похожа на черта. Она побежала, расталкивая людей, и бежала до самого дома.

Вечером

– Ах они бессовестные, ну я им дам! – распалялась тетя после рассказа Аси о том, что случилось.

Ася, конечно, постаралась как могла, выставила сестер полными злодейками, злорадно предвкушая расправу над ними. Но все равно было обидно. Хорошо, что темно. Когда тетя зажгла фитилек, Ася тихо расплакалась и, размазывая по лицу тушь, пошла умываться.

Вечер провели втроем: Ася, тетя и бабушка. Дядя ушел в ночную смену.

Бабушка была в хорошем настроении, не ворчала. Когда Ася пришла почитать ей, бабушка полусидела на подушках и смотрела в потолок, шевеля губами, шептала молитву. Ася ждала, когда она закончит, разглядывала иконы на столе, на которых были святые с шариком вокруг головы – как химическая завивка. Бабушка слушала книгу, сложив руки на животе в замок, и крутила большими пальцами друг вокруг друга – сначала в одну сторону, потом в другую.

– От чё вытворяет-то! – комментировала она действия Анжелики.

Ася подносила книжку близко к фитильку, чтобы лучше видеть, и, когда переворачивала очередную страничку, замешкалась и страничка загорелась. Старая бумага полыхнула мгновенно и ярко, Ася отпрянула и захлопнула страничку, кинула книжку на пол:

– Ай! Бабушка!

Запахло паленым – огонь успел захватить распущенные, залитые лаком волосы. Ася подскочила и хлопала по ним, опрокинула фитилек, и все вокруг исчезло, остался только голос бабушки:

– Штош вы такие бестолочи-та? И дети и внуки-та!

Ее привычное бурчание, как ни странно, успокоило Асю. Волосы перестали гореть и плавиться. Книжка несколькими красными точками светилась внизу на ковре.

Тетя Маша принесла фитилек и принялась скручивать коврик – жир от фитилька растекся по нему огромным пятном. Ася помогала. Бабушка ворчала-ворчала, потом повернулась к стене и уснула. Тетя и Ася тихо вышли из комнаты.