Читаем Сокол и Ворон полностью

Послышался шорох, и Вячко навис над ней, с недоверием разглядывая. Она в свою очередь изучала его. Рыжие кудри огненной шапкой обрамляли бледное веснушчатое лицо. Юноша был очень молод, но выглядел измотанным и изнеможённым. Изношенная одежда висела мешком. Под глазами залегли глубокие тени, щёки впали. Вячко был таким же потерянным в лесу, как и она, и Дара неожиданно испытала к нему жалость.

– Я ищу рдзенского колдуна, который прошёл в Великий лес вместе со своим слугой и девушкой, дочкой мельника из Заречья. Она тоже ведьма.

Дара не смогла скрыть удивления, и Вячко это заметил.

– Ты их знаешь.

– Знаю, – она задумалась, что стоило рассказать, а о чём умолчать. – Рдзенец не прошёл в лес, я его не пропустила. Ищи его в Рдзении.

Вячко выглядел удивлённым, и Дара не сдержала смешка. Ей вдруг понравилось играть в лесную ведьму, позабавило, как юноша смотрел на неё со смесью восхищения и страха.

– Я же лесная ведьма. Я прокляла рдзенца, как только он попал в мои владения. Здесь его искать бесполезно.

– Вот, значит, как? Это хорошо.

Он отодвинулся, присел недалеко от Дары. Она растерялась.

– Почему?

– Мне было велено остановить рдзенцев, прежде чем они войдут в Великий лес, но ты сделала всё за меня.

– Теперь ты меня отпустишь? – это прозвучало жалобно, не достойно лесной ведьмы. Связанную девушку, что не может сама освободиться, сложно бояться.

Вячко помолчал недолго. Кажется, он думал о том же.

– Откуда мне знать, что ты не нападёшь, как только я развяжу тебе руки?

– Ниоткуда, – раздражённо процедила Дара. – Но вряд ли я смогу что-то с тобой сделать. У меня слишком кружится голова.

– Прости, – извинение прозвучало на удивление искренне. – Я не желал тебе зла, но попал в сети у домовины и не решился заговорить с ведьмой. Мне несладко пришлось от вашего племени.

– Как ты вырвался из ловушки? – хмурясь, полюбопытствовала Дара. – Ты не колдун, я же вижу.

– Разрубил мечом, – простодушно ответил Вячко.

Девушка с трудом повернулась к нему, заныла шея.

– Разрубил мечом? – переспросила она, дугой выгнув бровь. – Но как это возможно? Как вышло, что ты вообще её увидел? Ты же…

Она прищурилась, внимательно пригляделась.

– Нет-нет, – растерянно пробормотала она. – Ты не чародей.

Вячко пожал плечами:

– И между тем я увидел твою сеть и разрубил её. К чему мне врать?

– Не знаю.

Берёзы зашумели над их головами, запели птицы. В задумчивости Дара смотрела на небо, слушала лес и собственное тело. Что-то переменилось вокруг. В воздухе, в земле, в самой Даре.

– Развяжи меня, – попросила она. – Клянусь, что не наврежу тебе.

– С чего бы мне тебе верить? Если только поклянёшься… Какому богу ты молишься?

– Создателю, – хмуро ответила Дара, с трудом припоминая самую короткую молитву, которой научил Брат Лаврентий. – И Мокоши. Ещё духам леса и реки. Любому, кто может мне помочь.

– Хитро, – хмыкнул Вячко. – Но не внушает доверия. Если ты так легко отворачиваешься от одного бога ради другого, то так же неверна и своим обещаниям.

– То же можно сказать про всех в Ратиславии, – прорычала Дара.

– Твоя правда. Я и сам…

Он не договорил.

– Что?

– Мне кажется, Создатель не везде властен. Есть места, куда он даже не смотрит.

Вячко наклонился над Дарой, и она встретилась с ним глазами. Он смотрел внимательно, насторожённо. Выдержать этот взгляд оказалось нелегко. Юноша перевернул её на живот и развязал руки.

– Не держи на меня зла, – попросил он. – Когда бежишь от одной ведьмы и попадаешь в ловушку к другой, то становишься осмотрительным.

Дара неловко присела и облокотилась о ствол дерева. Руки бессильно упали по бокам.

– Ты слишком сильно меня ударил, – негромко произнесла она.

– Тебе нехорошо?

Его голос прозвучал на удивление заботливо. Кажется, Вячко успел позабыть, что разговаривал с лесной ведьмой, разжалобился от её несчастного вида. Для Дары это было непривычно. Никто никогда не говорил с ней как с беззащитной девушкой. Никто никогда не забывал, что она дочь чародейки.

Губы дрогнули от улыбки.

– В другое время я бы, пожалуй, тебя убила, но на этот раз пощажу…

Вячко посмотрел на неё ошарашенно, заметил кривую улыбку и не нашёлся что сказать. Дара ещё больше развеселилась.

– От тебя воняет тиной, – заметила она. – Что ты делал на Мёртвых болотах?

Он по-прежнему разглядывал её с недоверием, как дикого невиданного зверя.

– Меня обманом держала там одна ведьма. Она может принимать облик других людей, на самом деле у неё белые глаза и волосы. Не слышала о такой?

Дара слегка мотнула головой.

– Я почти ничего не знаю о других ведьмах, кроме Златы и тех, о которых сложены былины. И я никогда не была на болотах, – голос стал глухим и хриплым.

Снова они замолчали, слушая птиц и тихий ветер. Солнце светило холодно и часто пряталось за рваными тучами, выглядывало на короткое время и вновь скрывалось, отчего земля погружалась в серые сумерки. Лето ещё не оборвалось, но всё вокруг дышало осенью.

– Куда ты теперь пойдёшь? – спросила Дара. – Раз ты не нашёл рдзенца, то в лесу тебе делать нечего.