Читаем Сокол полностью

– Другим. Веселым мальчишкой. Занимался спортом, бегал за девчонками, пил, курил. Делал все, что делали ребята моего возраста. Когда-то я был таким же, как Алик. Простодушны, наивным. Жизнь обломала. И его обломает.

– Его еще не обломала? Мне кажется, он давно не наивный.

– Ему досталось…

Он остановился на полуслове. Сказал лишнее.

– Это правда, что его бьют в семье? – решилась я на вопрос.

– Я слышал об этом, но сам не видел.

– Тогда откуда у него синяки?

– Он много плавает. В доме огромный бассейн. Хороший, только немного травмоопасный. При мне он несколько раз ударялся об металлический поручень: то спиной, то коленом, то головой. Отсюда и синяки. Еще он рассеянный, может упасть с кровати или навернуться в душе. Молодежь сейчас увлекается ездой на самокатах, горных велосипедах, лыжах и прочей ерундой. Алик подвижный парень, любит экстремальные виды спорта.

– Обычный мальчишка.

– Вот именно. И мы были такими.

– А каким ты занимался спортом?

– Тяжелой атлетикой.

– Ядро толкал?

– Да.

– Я угадала?

– А что тут такого?

– Ты очень крупный. Это с тех пор?

– Конечно, нет. Сейчас я занимаюсь в зале. Качаюсь.

– Зачем?

– Нравится. Ты же бегаешь по утрам?

– Откуда ты знаешь?

Первая реакция – удивление, потом я вспомнила, что он знает обо мне все. Если даже его отец узнавал в больнице о моей беременности, а это было четыре года назад, то чего ждать сейчас? Они следили за мной все эти годы.

Олег встал. Столько времени и без сигареты, телефон до сих пор молчит.

Пока он курил и смотрел в окно, я сидела и мечтала. О нем, о его поцелуе, взгляде. Он редко смотрит в глаза собеседнику, никогда не улыбается, только кривит губы и хмурится.

Интересно, он еще раз поцелует меня, или это было в последний раз? Сейчас я выйду из кабинета, и мы расстанемся навсегда.

– Что ты делаешь в субботу? – удивил меня Олег.

– А что?

– Ты всегда отвечаешь вопросом на вопрос?

– Не всегда.

– Обычно, когда я задаю вопрос, люди отвечают, а не тупят.

– Ты привык командовать?

– Привык. А непослушных женщин не люблю.

Я теряюсь от его грубости. Не знаю, что ответить, как себя вести.

– В субботу я свободна.

– Весь день?

– Только вечером.

В субботу днем встреча с Верой Ивановной.

– Вечером уже поздно.

– Что поздно?

– Обедать. Я хотел, пригласить тебя на обед.

– Пригласи на ужин.

– Я ужинаю дома с женой.

– Понятно. Есть еще воскресенье.

Я не должна упустить такой момент. Олег приглашает меня на свидание!

– Можно и в воскресенье. В два.

– Отлично. В два я свободна.

– Какую кухню ты любишь?

– Любую. Я все ем.

– Тогда пойдем в грузинский ресторан.

– Там не слишком тяжелая еда?

– Ты сказала, что ешь все. Вот и не капризничай. Пойдешь, куда поведу.

– Тогда зачем спрашивал?

– О, Боже! – Он выкинул сигарету в пепельницу и схватился руками за голову. – Ты можешь, хоть раз не перечить мне? Помолчи!

Я закрыла рот.

Он снова вернулся в кресло, скрестил длинные ноги, а руки сложил на том месте, куда мой взгляд постоянно упирается. Прикрылся.

– Такая ты мне больше нравишься.

Не сдержавшись, я улыбнулась. Он еще больше нахмурил брови.

В кабинет заглянула секретарша.

– К вам Александр Дмитриевич.

Я непроизвольно вжалась спиной в мягкий диван.

– Пусть придет через пару часов. – Олег махнул рукой. – Я занят.

– Хорошо.

Она закрыла дверь.

– Олег, а если…

Он не дал мне договорить.

– Алик не зайдет. Не дергайся. Он знает, что у меня может быть важный клиент.

– А если он будет ждать в приемной?

– Вряд ли. У него полно работы. Я сомневаюсь, что он будет тратить свое драгоценное время на болтовню с глупой секретаршей. Хотя…

– Что? – испугалась я.

– Он часто зависает с Викой.

– Кто такая Вика?

– Моя секретарша. Очнись, Вера!

Ждет моей реакции. Буду ревновать или нет.

Конечно, буду! Дико! Мой малыш и зависает с силиконовой девицей!

Я мило улыбнулась.

– Так, что – в воскресенье? Во сколько, куда, что мне надеть?

– Хороший вопрос, – обрадовался он. – Особенно, про одежду. Мне нравятся женщины в коротких платьях и без нижнего белья.

– Размечтался. На улице холодно.

– Я довезу тебя на машине. С комфортом, в тепле.

– Что же я буду делать без нижнего белья? Совращать тебя?

– Ты уже этим занялась. Я не знаю, как сесть, чтобы ты не пялилась на мой… Ремень.

Он шикарный. Из натуральной кожи, тугой, широкий.

Я не озвучила свои мысли вслух, за то снова взглянула на его ремень, прикрытый синим блокнотом.

– Я надену платье.

– Обещаешь? Короткое?

– Обещаю. Короткое.

– Тогда, ладно.

– Ты будешь на машине?

– Да.

– Даже не выпьешь со мной вина?

– О! – воскликнул он, изобразив что-то на подобии улыбки. – Я знаю, как ты пьешь! Не надо!

– Тебе и об этом доложили?

– Ты девушка крепкая. Пьешь наравне с мужиками.

– Неправда, – обиделась я. – Мужики так не пьют. Не умеют.

– Да, конечно! Я бы тебя перепил. Сколько в тебе вес?

– Пятьдесят семь.

– А у меня сто два.

– Вес тут не имеет значение.

– Правильно. Нужен опыт. Я могу выпить литр водки без закуски.

– Только литр?

– Не надо, Вера. Нарываешься.

– Поспорим?

– На что?

– На желание.

– Какое?

– На любое. Свое я озвучу после выигрыша.

– А я, что получу?

– Что захочешь.

Теперь он взглянул на мои ноги. На то, что скрывается под юбкой.

– Не боишься?