Читаем Сокол полностью

Как ни странно, но он уснул быстро — лег на постеленную на полу солому и провалился в черную пропасть сна. А когда открыл глаза, в щели уже брезжил рассвет. Усевшись, юноша потряс головой, отгоняя сонливость — некогда было сейчас спать, нужно было думать, как выбраться самому и спасти супругу. Интересно, как она здесь появилась? Скорее всего так же, как и он сам. Макс бежал за жрецом, Тейя — за Максом, все трое и провалились. Такая вот цепочка получается.

Думать! Думать! Думать! Скоро явится жрец, и к этому времени обязательно надо…

Сетнахт появился рано. Наверное, не прошло и часа, как снаружи послышался его повелительный голос. Распахнулась дверь; жрец, войдя в клетку, уселся на корточки и, явно издеваясь, спросил:

— Как твое Ка?

— Замечательно! — Юноша ухмыльнулся. — Что ты хотел узнать, жрец?

— Узнать — ничего. Я и так знаю все, что мне нужно!

— Тогда зачем…

— Ты поможешь мне! Амулет, который мы похи… вернули, увы, оказался… Впрочем, это не важно, — злобно ощерившись, Сетнахт быстро справился с собой, натянув на лицо бесстрастную улыбку. — Якбаал должен передать тебе сокола! Ты знаешь, о чем я.

— Никогда не передаст, — рассеянно отозвался молодой человек. — Я думаю, и ты хорошо знаешь Якбаала.

— Ладно. — Жрец немного подумал и качнул головой. — Тогда думай сам, как его выманить с соколом в кармане. Якбаал хитер, очень хитер — так просто к нему не подступишься, тем более здесь.

— Что я буду иметь, если помогу вам? — вскинул глаза Максим.

— Жизнь! — тут же пообещал собеседник. — Жизнь и свою девчонку. Но вы навсегда останетесь здесь! Там, в Черной земле, вы нам не нужны. А здесь… живите себе. Клянусь Сетом, не так уж это и мало!

— Хорошо. — Юноша кивнул и задумался.

Жрец уж как-то слишком быстро пообещал сохранить жизнь и ему и Тейе. Врет! Определенно врет! Он ведь не так уж и сильно привык к Парижу, как тот же Якбаал, а значит, не может думать и поступать так же, как цивилизованный европеец девятнадцатого века. Естественно, Сетнахт мыслит и действует как древнеегипетский жрец, а это совсем иное. Люди вовсе не одинаковы в разные времена. Как бы рассуждал жрец, тем более — жрец бога-убийцы Сета? Даже не Сета, а демона тьмы Небаума! Фараон и его супруга — это такая жертва, такой лакомый кусочек, от которого не откажется никакой демон! Более того, если жрец даже не попытается принести в жертву царя и царицу, демон может обидеться и жестоко отомстить! Жрецу это надо? Нет. Это — во-первых. А во-вторых, Сетнахт вовсе не дурак и понимает, что если Максим и Тейя проникли в будущее, то, может быть, сумеют вернуться и обратно, и даже без всякого сокола. Тем более жрец знает, что где-то здесь обитает еще и Петосирис! Пусть даже это и призрачная угроза, но лучше не оставлять никакой. Убить, конечно, убить! Это если не получится принести в жертву. А то, что жрец обещал жизнь — так вовсе не стоит верить его лживым словам! Верить нужно его мыслям… которые, если подумать, вовсе не тайна.

— Что ты молчишь? — немного выждав, нетерпеливо воскликнул Сетнахт. — Согласен?

— Согласен. — Макс поспешно спрятал улыбку — только что в голову ему пришла одна неплохая мысль. Очень даже неплохая. Правда — рискованная, но тут уж выбирать не из чего.

Жрец довольно осклабился:

— И что ты предлагаешь?

— Сегодня у нас понедельник? Тогда, ну, скажем, завтра… Я напишу Якбаалу записку, и мы встретимся с ним… хотя бы на Елисейских полях.

— Нет! — жестко отозвался Сетнахт. — Место должно быть не таким людным!

Ага!!! Сработало!

Максим, еле сдерживая ликование, наклонил голову:

— Тогда — в саду на Монмартре, за старой мельницей. Мулен де ла Галетт — так он, кажется, называется. В саду людно, но рядом — пустыри, огороды…

— Я знаю это место, — согласно кивнул жрец. — Оно подойдет. А что Якбаал? Он явится с амулетом?

— Да! Он обещал отправить меня обратно, а без сокола этого не сделать.

— Хм. Мало ли, что он обещал?

— Да, но он хотел бы — с моей помощью — забрать из своей бывшей усадьбы в оазисе Сета кое-какие вещи.

— Настенные росписи на ткани? — Сетнахт ухмыльнулся. — Кажется, он наживает на них большое богатство, хотя, клянусь Сетом, не знаю, кому нужна такая мазня.

— Значит, кому-то нужна… Так я пишу записку?

— Пиши. Мои сподвижники принесут тебе необходимые вещи. — Жрец поднялся на ноги и строго предупредил: — Только без глупостей. Помни — твоя молодая супруга в наших руках.

Максим согласно кивнул:

— Вот, кстати, о ней. Точнее — о нас. Мы должны явиться на встречу вместе. Нет-нет, вы просто подержите ее, скажем, у старой мельницы, а когда я принесу сокола, отпустите нас восвояси.

— Что ж, будь по-твоему, — подумав, согласился жрец.

И поспешно вышел, пряча торжествующую улыбку. Огороды на Монмартре за старой мельницей — место действительно глухое.

Назавтра, ближе к назначенному Максимом времени, к черному ходу цирка Фернандо подкатили два закрытых фиакра, запряженных быстрыми лошадьми. В один — естественно, под охраной — поместили Макса, в другой — Тейю. Он видел, как ее вели, закутанную в длинную мантилью.